По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му автор «Ев­ге­ния Оне­ги­на» на­звал свой роман «со­бра­ньем пёстрых глав»?

Сам А. С. Пуш­кин на­звал свой роман «со­бра­ньем пёстрых глав» не­слу­чай­но: в «Оне­ги­не» мы видим по­э­ти­че­ски вос­про­из­ве­ден­ную кар­ти­ну рус­ско­го об­ще­ства, взя­то­го в одном из ин­те­рес­ней­ших мо­мен­тов его раз­ви­тия» (в мо­мент «впер­вые про­бу­див­ше­го­ся об­ще­ствен­но­го са­мо­со­зна­ния»).

Пуш­кин го­во­рит о вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях раз­ных по­ко­ле­ний внут­ри дво­рян­ско­го клас­са, об ото­рван­но­сти пе­ре­до­вой дво­рян­ской ин­тел­ли­ген­ции от на­ро­да, о рус­ских на­ци­о­наль­ных ос­но­вах жизни, об обы­ча­ях про­сто­на­род­ной ста­ри­ны, о раз­ви­тии рус­ской ли­те­ра­ту­ры, об эво­лю­ции соб­ствен­но­го по­э­ти­че­ско­го твор­че­ства. Поэт ста­вит мно­же­ство мо­раль­ных, эс­те­ти­че­ских, фи­ло­соф­ских, со­ци­аль­но-⁠по­ли­ти­че­ских про­блем: лю­бовь и друж­ба, «добро и зло», «плоды наук», че­ло­век в его от­но­ше­ни­ях к дру­гим людям, к ро­ди­не, к при­ро­де... Ши­ро­та изоб­ра­же­ния рус­ской жизни и под­ни­ма­е­мых в про­из­ве­де­нии про­блем и по­слу­жи­ла по­во­дом для та­ко­го опре­де­ле­ния Пуш­ки­ным сво­е­го тво­ре­ния. А вот кри­тик В. Г. Бе­лин­ский на­звал роман «эн­цик­ло­пе­ди­ей рус­ской жизни».

2.  Нужно ли было Ка­те­ри­не бро­сать­ся, как в омут, в лю­бовь к Бо­ри­су? Имела ли она право из­ме­нять Ти­хо­ну?

Ка­те­ри­на  — на­ту­ра цель­ная, силь­ная. В драме не­од­но­крат­но по­яв­ля­ет­ся образ птицы, по­мо­га­ю­щий по­нять глав­ное в ха­рак­те­ре ге­ро­и­ни: образ птицы  — сим­вол воли. Ка­те­ри­на не спо­соб­на на обман, не может жить во лжи, сми­рять­ся с хан­жен­ством и са­мо­дур­ством, по­это­му смерть Ка­те­ри­ны, по­лю­бив­шей так, как могут лю­бить толь­ко очень силь­ные на­ту­ры, в конце драмы за­ко­но­мер­на  — для нее нет иного вы­хо­да. Жизнь по за­ко­нам «тем­но­го цар­ства» для нее хуже смер­ти, смер­ти души, страш­нее ги­бе­ли те­лес­ной. Осталь­ные герои драмы  — люди сла­бые. Тихон не спо­со­бен про­ти­во­сто­ять ма­те­ри, Борис под­чи­ня­ет­ся Ди­ко­му, по­то­му что це­ли­ком за­ви­сит от него. Они не могут под­дер­жать Ка­те­ри­ну, их внут­рен­ний мир огра­ни­чен, их жизнь по­роч­на. На этом фоне Ка­те­ри­на  — един­ствен­ная спо­соб­ная на про­тест лич­ность.

3.  Ка­ко­ва роль об­ра­зов-сим­во­лов в рас­ска­зе И. А. Бу­ни­на «Гос­по­дин из Сан-⁠Фран­цис­ко»?

В «Гос­по­ди­не из Сан-Фран­цис­ко» много об­ра­зов-сим­во­лов. Даже само на­зва­ние рас­ска­за сим­во­лич­но. Гос­по­дин  — че­ло­век до­стиг­ший огром­ных высот, бо­га­тый, на­сла­жда­ю­щий­ся жиз­нью. Город Сан-Фран­цис­ко  — «зо­ло­тое» место, город, в ко­то­ром живут без­нрав­ствен­ные люди, при­вык­шие до­би­вать­ся сво­е­го лю­бы­ми сред­ства­ми и ни во что не ста­вя­щие дру­гих, менее бо­га­тых или не за­ни­ма­ю­щих до­стой­ное, по­чет­ное место в выс­шем об­ще­стве людей.

Влюб­лен­ная пара, на­ня­тая ка­пи­та­ном Ллой­дом «иг­рать в лю­бовь за хо­ро­шие день­ги», сим­во­ли­зи­ру­ет ат­мо­сфе­ру ис­кус­ствен­ной жизни, где все по­ку­па­ет­ся и про­да­ет­ся  — были бы день­ги.

Сим­во­лом яв­ля­ет­ся па­ро­ход «Ат­лан­ти­да», огром­ный, рос­кош­ный, ком­фор­та­бель­ный. Его судь­ба долж­на со­от­вет­ство­вать судь­бе зна­ме­ни­той за­то­нув­шей Ат­лан­ти­ды, оби­та­те­ли ко­то­рой были столь же амо­раль­ны­ми, как и жи­те­ли Сан-Фран­цис­ко. Среди оке­ан­ских, хо­ду­ном хо­дя­щих волн огром­ный ко­рабль похож на утлое судёнышко, ко­то­рое не может со­про­тив­лять­ся сти­хии. Не­да­ром вслед ухо­дя­ще­му к аме­ри­кан­ским бе­ре­гам па­ро­хо­ду со скал Ги­брал­та­ра гля­дит Дья­вол (автор не слу­чай­но на­пи­сал это слово с за­глав­ной буквы). Так в рас­ска­зе про­яв­ля­ет­ся фи­ло­соф­ская идея Бу­ни­на о бес­си­лии че­ло­ве­ка перед при­ро­дой, не­по­сти­жи­мой для че­ло­ве­че­ско­го ума.

4.  Ге­ро­изм и пре­да­тель­ство в про­из­ве­де­ни­ях ли­те­ра­ту­ры ХХ века. (На при­ме­ре про­из­ве­де­ний од­но­го из пи­са­те­лей: В. Бы­ко­ва, А. Фа­де­е­ва, В. Рас­пу­ти­на.)

Тема ге­ро­из­ма и пре­да­тель­ства от­ра­же­на в ро­ма­не А. Фа­де­е­ва «Мо­ло­дая гвар­дия», по­ве­сти В. Рас­пу­ти­на «Живи и помни». Имен­но выбор соб­ствен­ной судь­бы, выбор между ге­ро­из­мом и пре­да­тель­ством ста­но­вит­ся одной из ос­нов­ных тем во­ен­ных по­ве­стей за­ме­ча­тель­но­го бе­ло­рус­ско­го пи­са­те­ля В. Бы­ко­ва.

Быков далек от упро­ще­ния и схе­ма­тич­но­сти, а по­то­му в цен­тре по­вест­во­ва­ния у него ока­зы­ва­ют­ся си­ту­а­ции, в ко­то­рых наи­бо­лее полно рас­кры­ва­ет­ся ха­рак­тер че­ло­ве­ка в бес­че­ло­веч­ных усло­ви­ях. Мо­ти­вы по­ве­де­ния че­ло­ве­ка, нрав­ствен­ные ис­то­ки по­дви­га и пре­да­тель­ства  — вот что ин­те­ре­су­ет пи­са­те­ля.

Надо от­ме­тить, что в со­вре­мен­ной кри­ти­ке пе­ри­о­ди­че­ски воз­ни­ка­ют споры о том, что же можно на­звать ис­тин­ным ге­ро­из­мом. Боль­ше того, яв­ствен­но на­блю­да­ет­ся стрем­ле­ние мно­гих ре­цен­зен­тов при­ни­зить зна­че­ние по­дви­га не­ко­то­рых бы­ков­ских пер­со­на­жей, таких, как Сот­ни­ков («Сот­ни­ков»), Мороз («Обе­лиск»). Вы­ска­зы­ва­лось мне­ние, что че­ло­век, ко­то­рый своим по­ступ­ком или своей смер­тью ни­че­го не ме­ня­ет в ходе со­бы­тий, по­сту­па­ет не как герой, а как без­дум­ный мо­ра­лист. В. Быков от­вер­га­ет такую точку зре­ния. «...Для меня Сот­ни­ков  — герой,  — пишет автор.  — Да, он не раз­гро­мил врага, но он остал­ся че­ло­ве­ком в самой бес­че­ло­веч­ной си­ту­а­ции. Как по­двиг вы­гля­дит его стой­кость и в гла­зах тех не­сколь­ких де­сят­ков людей, ко­то­рые яви­лись сви­де­те­ля­ми его по­след­них минут...» То, как вос­при­ни­ма­ют по­сту­пок героя люди, во мно­гом опре­де­ля­ет и ав­тор­ское от­но­ше­ние к нему.

По­дви­гом пи­са­тель счи­та­ет и по­сту­пок лей­те­нан­та Ива­нов­ско­го («До­жить до рас­све­та»). Бо­роть­ся до конца  — вот что не­об­хо­ди­мо герою.

Ге­ро­изм не си­но­ним жерт­вен­но­сти. Стой­кость Сот­ни­ко­ва нель­зя объ­яс­нить и фа­на­тиз­мом. Быков не слу­чай­но стре­мит­ся со­здать образ не­ге­ро­и­че­ский. По­сту­пок героя по­ве­сти объ­яс­ня­ет­ся его ду­хов­ной стой­ко­стью, ко­то­рая не поз­во­ля­ет ему по­сту­пить иначе.

Про­бле­ма ге­ро­из­ма и пре­да­тель­ства воз­ни­ка­ет, если речь идет о не­об­хо­ди­мо­сти со­хра­нить вер­ность своим нрав­ствен­ным прин­ци­пам в си­ту­а­ции, когда проще от них от­речь­ся. А по­то­му она вечна.

5.  Когда на по­мощь пи­са­те­лю при­хо­дит са­ти­ра (на при­ме­ре 1-⁠2 про­из­ве­де­ний оте­че­ствен­ной или за­ру­беж­ной ли­те­ра­ту­ры).

Тема может быть рас­смот­ре­на на при­ме­ре ска­зок М. Е. Сал­ты­ко­ва-⁠Щед­ри­на. Глав­ной за­да­чей са­ти­ры сам пи­са­тель счи­тал ис­сле­до­ва­ние яв­ле­ний об­ще­ствен­ной жизни, со­ци­аль­ных язв и по­ро­ков. За­ча­стую Сал­ты­ков-⁠Щед­рин при­бе­гал к гро­тес­ку  — изоб­ра­же­нию дей­стви­тель­но­сти в пре­уве­ли­чен­ном, урод­ли­во-⁠ко­ми­че­ском виде, со­че­тав­шем ре­аль­ное и фан­та­сти­че­ское, страш­ное и смеш­ное. «По­весть о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил»  — бес­по­щад­ная са­ти­ра на су­ще­ству­ю­щий в Рос­сии строй, на «силь­ных мира сего», на ра­бо­ле­пие на­ро­да.

Можно об­ра­тить­ся также и к са­ти­ри­че­ским рас­ска­зам А. П. Че­хо­ва: «Ха­ме­ле­он», «Тол­стый и тон­кий» и дру­гим.