По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Образ Мед­но­го всад­ни­ка в од­но­имённой поэме А. С. Пуш­ки­на.

Поэма Пуш­ки­на  — это рас­сказ о ве­ли­кой роли Петра I, о его ре­фор­ма­тор­ских на­чи­на­ни­ях, имев­ших раз­лич­ные ис­то­ри­че­ские по­след­ствия, оли­це­тво­ре­ни­ем ко­то­рых и стал Мед­ный Всад­ник. Мед­ный всад­ник  — это не сам Пётр. Живой Пётр был по­гло­щен мыс­лью о судь­бах Рос­сии, а его ока­ме­нев­ший образ утра­тил этот пат­ри­о­тизм. Бес­чув­ствен­ный па­мят­ник, со­рвав­шись с места, пре­сле­ду­ет бед­но­го Ев­ге­ния. Без­душ­ная го­су­дар­ствен­ность обез­ли­чи­ва­ет всех, про­стые люди вы­гля­дят не­счаст­ны­ми и обез­до­лен­ны­ми.

Такое про­ти­во­ре­чие об­ра­зов Петра и его во­пло­ще­ния  — Мед­но­го Всад­ни­ка  — вы­зва­но пе­ре­осмыс­ле­ни­ем ав­то­ром со­бы­тий Пет­ров­ской эпохи.

2.  Кто из ге­ро­ев ро­ма­на И. А. Гон­ча­ро­ва «Об­ло­мов» Вам ближе и по­че­му? (С опо­рой на ана­лиз про­из­ве­де­ния.)

Тема может быть рас­кры­та на при­ме­ре лю­бо­го героя ро­ма­на. Одним из при­тя­га­тель­ных об­ра­зов яв­ля­ет­ся образ Штоль­ца.

Ан­дрей Штольц  — ан­ти­под Об­ло­мо­ва. От отца он по­лу­чил «тру­до­вое, прак­ти­че­ское вос­пи­та­ние», а мать при­об­ща­ла его к пре­крас­но­му, пы­та­лась вло­жить в душу ма­лень­ко­го Ан­дрея лю­бовь к ис­кус­ству, к кра­со­те. Прак­ти­че­ский ум, жиз­не­лю­бие, сме­лость по­мог­ли Штоль­цу до­бить­ся успе­ха после того, как он уехал по на­сто­я­нию отца учить­ся в Пе­тер­бург...

По за­мыс­лу Гон­ча­ро­ва, Штольц  — новый тип рус­ско­го про­грес­сив­но­го де­я­те­ля.

3.  Ка­ко­ва роль пей­за­жей в рас­ска­зе М. Горь­ко­го «Макар Чудра»?

Для ро­ман­ти­че­ско­го про­из­ве­де­ния, каким яв­ля­ет­ся «Макар Чудра», ха­рак­тер­на осо­бая роль пей­за­жа. Вот Макар Чудра стоит у моря. За­дум­чи­во пле­щут волны, вздра­ги­ва­ет, рас­сти­ла­ет­ся осен­няя мгла... При­ро­да может ис­пы­ты­вать те же чув­ства, что и люди. Но сти­хия силь­нее че­ло­ве­ка. Если в рас­ска­зе опи­сы­ва­ет­ся море, то оно обя­за­тель­но бес­ко­неч­ное, если степь, то она без­гра­нич­ная. Здесь нет по­лу­то­нов, толь­ко яркие крас­ки и уни­каль­ные кар­ти­ны. Та­ко­ва и душа глав­но­го героя. Он  — че­ло­век не­ор­ди­нар­ный, сво­бо­да его, по­доб­но морю, про­сти­ра­ет­ся ши­ро­ко. Ничто не может её огра­ни­чить.

4.  Тема внут­рен­ней кра­со­ты че­ло­ве­ка в ли­те­ра­ту­ре конца ХХ  — на­ча­ла ХХI в. (На при­ме­ре про­из­ве­де­ний од­но­го из пи­са­те­лей: Ч. Айт­ма­то­ва, В. П. Аста­фье­ва, В. Рас­пу­ти­на.)

Воз­мож­но рас­кры­тие темы на при­ме­ре ро­ма­на Чин­ги­за Айт­ма­то­ва «Плаха».

В ро­ма­не Чин­ги­за Айт­ма­то­ва «Плаха» за­тро­ну­ты мно­гие про­бле­мы со­вре­мен­но­го об­ще­ства. Пи­са­тель кос­нул­ся очень важ­ных во­про­сов, ко­то­рые могут встать перед че­ло­ве­ком, если ему не­без­раз­лич­на судь­ба наша соб­ствен­ная и судь­ба бу­ду­щих по­ко­ле­ний. Чин­гиз Айт­ма­тов кос­нул­ся про­блем нар­ко­ма­нии, пьян­ства, эко­ло­гии, а также раз­лич­ных нрав­ствен­ных про­блем об­ще­ства. Если эти про­бле­мы не будут ре­шать­ся, то в конце кон­цов они при­ве­дут че­ло­ве­че­ство к «плахе».

Не­пра­вед­ный, ги­бель­ный путь, по ко­то­ро­му идет че­ло­ве­че­ство, вы­зы­ва­ет в душе глав­но­го героя, мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, боль и стра­да­ния. Он видит свое на­зна­че­ние в по­мо­щи людям и об­ра­ще­нии их к Богу. Для этой цели Авдий ре­ша­ет при­со­еди­нить­ся к «гон­цам», чтобы, на­хо­дясь рядом с ними, по­ка­зать, как низко они пали, и на­пра­вить их на путь ис­тин­ный через ис­крен­нее рас­ка­я­ние. Авдий всеми си­ла­ми стре­мит­ся об­ра­зу­мить их, спа­сти по­ги­ба­ю­щие души, все­лив в них вы­со­кую мысль о Все­бла­гом, Все­ми­ло­сти­вом, Вез­де­су­щем... Но за это его же­сто­ко из­би­ва­ют, а потом и ли­ша­ют жизни те, кому он про­тя­нул руку по­мо­щи. Фи­гу­ра Авдия, рас­пя­то­го на сак­сау­ле, на­по­ми­на­ет Хри­ста, при­нес­ше­го себя в жерт­ву за Добро и Ис­ти­ну, да­ру­е­мые людям, и ис­ку­пив­ше­го смер­тью че­ло­ве­че­ские грехи.

Авдий тоже при­нял смерть за добро, и в по­след­них его мыс­лях не было упре­ка обе­зу­мев­шей толпе убийц, а лишь со­стра­да­ние к ней и го­рест­ное чув­ство не­вы­пол­нен­но­го долга... «Ты при­ш­ла»  — та­ко­вы были его по­след­ние слова, когда он уви­дел перед собой вол­чи­цу с уди­ви­тель­ны­ми си­ни­ми гла­за­ми, ко­то­рая с болью за­гля­ну­ла в лицо рас­пя­то­го че­ло­ве­ка и жа­ло­ва­лась ему на свое горе. Че­ло­век и волк по­ня­ли друг друга, по­то­му что их объ­еди­ня­ло общее стра­да­ние  — стра­да­ние, ко­то­рое они ис­пы­ты­ва­ли от нрав­ствен­ной ни­ще­ты людей, по­гряз­ших в без­ду­хов­но­сти. Если Бо­сто­на при­ве­ли на «плаху» ро­ко­вые об­сто­я­тель­ства, то Авдий сам из­брал себе такой путь, зная, что в че­ло­ве­че­ском мире за добро и ми­ло­сер­дие нужно же­сто­ко рас­пла­чи­вать­ся. Тра­ге­дию Авдия усу­губ­ля­ет пол­ное оди­но­че­ство, по­то­му что по­ры­вы его бла­го­род­ной души ни в ком не на­хо­дят от­кли­ка и по­ни­ма­ния.

5.  Как рус­ская ли­те­ра­ту­ра по­вли­я­ла на дру­гие виды ис­кус­ства? (На ма­те­ри­а­ле од­но­го или двух про­из­ве­де­ний.)

Тема может быть рас­кры­та на при­ме­ре твор­че­ства А. С. Пуш­ки­на, по про­из­ве­де­ни­ям ко­то­ро­го со­зда­но не­ма­ло му­зы­каль­ных ше­дев­ров. Рус­ская опера все время ори­ен­ти­ру­ет­ся на Пуш­ки­на. «Рус­лан и Люд­ми­ла» М. И. Глин­ки «Борис Го­ду­нов» М. П. Му­сорг­ско­го, «Ев­ге­ний Оне­гин» и «Пи­ко­вая дама» П. И. Чай­ков­ско­го.

В марте 1877 года пе­ви­ца Ели­за­ве­та Лав­ров­ская по­со­ве­то­ва­ла П. И. Чай­ков­ско­му взять «Ев­ге­ния Оне­ги­на» А. С. Пуш­ки­на в ка­че­стве сю­же­та для оперы. По­на­ча­лу эта мысль по­ка­за­лась Чай­ков­ско­му аб­сурд­ной. Он за­яв­ля­ет, что «Оне­гин»  — «свя­тая книга», к ко­то­рой он и во сне не осме­лил­ся бы при­кос­нуть­ся. Но вско­ре эта идея его за­хва­ты­ва­ет.

Той же вес­ной 1877 года Чай­ков­ский по­лу­ча­ет страст­ные лю­бов­ные по­сла­ния от некой Ан­то­ни­ны Ми­лю­ко­вой, два­дца­ти­че­ты­рех­лет­ней сту­дент­ки кон­сер­ва­то­рии, ко­то­рую, Чай­ков­ский едва мог при­пом­нить, встре­чал ли когда ни­будь. К своей ре­аль­ной кор­ре­спон­дент­ке Чай­ков­ский не пи­та­ет со­вер­шен­но ни­ка­кой любви, и он по­сту­па­ет так же, как по­сту­пил Оне­гин: он пишет веж­ли­вый хо­лод­ный ответ, что не может от­ве­тить вза­им­ной лю­бо­вью.

Но от нее при­хо­дит еще одно пись­мо, пол­ное страст­но­го чув­ства, и Чай­ков­ский от­прав­ля­ет­ся к Ан­то­ни­не Ми­лю­ко­вой, чтобы взгля­нуть на нее. Он же­нит­ся на ней (6 июля 1877 года). В ре­зуль­та­те  — тра­ге­дия (три не­де­ли спу­стя он бег­ством спа­са­ет­ся от брака).

Сцена пись­ма Та­тья­ны была на­пи­са­на пер­вой. Та­тья­на Ла­ри­на и Ан­то­ни­на Ми­лю­ко­ва со­еди­ня­ют­ся в бо­лез­нен­но-воз­буж­ден­ном со­зна­нии ком­по­зи­то­ра, рож­дая див­ное зву­ча­ние ор­кест­ра и ме­ло­дию при­зна­ния Та­тья­ны: «...То в выс­шем суж­де­но со­ве­те, / То воля неба: я твоя!» Менее чем за год  — 20 ян­ва­ря 1878 года  — «Ев­ге­ний Оне­гин» был за­кон­чен.

Пуш­кин писал в на­ча­ле века, Чай­ков­ский во вто­рой его по­ло­ви­не, почти в конце. «Ев­ге­ний Оне­гин»  — не­пре­взой­ден­ный об­ра­зец ли­ри­че­ской оперы, в ко­то­рой по­э­зия Пуш­ки­на гар­мо­ни­че­ски сли­лась с пре­крас­ной,за­ду­шев­ной му­зы­кой, пол­ной сер­деч­но­го тепла и дра­ма­тиз­ма.