По­яс­не­ние. В 1829 году поэт на­пи­сал сти­хо­тво­ре­ние «Мо­но­лог», ко­то­рое пе­ре­кли­ка­ет­ся с его более позд­ним про­из­ве­де­ни­ем «Дума» и об­ли­ча­ет пред­ста­ви­те­лей но­во­го по­ко­ле­ния, ко­то­рым чужды такие по­ня­тия, как честь, спра­вед­ли­вость и вер­ность.

Свои рас­суж­де­ния Лер­мон­тов на­чи­на­ет, об­ра­ща­ясь к своим сверст­ни­кам, с утвер­жде­ния о том, что «ни­что­же­ство есть благо в выс­шем свете». Поэт воз­мущён, что свои луч­шие мо­ло­дые годы своей жизни люди тра­тят не на бла­го­род­ные цели, а на раз­вле­че­ния и низ­мен­ные стра­сти. В итоге жизнь «пас­мур­на» и «од­но­об­раз­на», хотя мно­гие этого даже не осо­зна­ют. Лер­мон­тов не при­чис­ля­ет себя к тем, кто празд­но про­во­дит время, од­на­ко вы­нуж­ден при­знать, что в об­ще­стве таких людей он не видит воз­мож­но­сти ре­а­ли­зо­вать свои вы­со­кие мечты, от­че­го «и серд­цу тяжко, и душа тос­ку­ет». Автор с гру­стью от­ме­ча­ет, что ему уго­то­ва­на та же участь, что ждет и все его по­ко­ле­ние, юность ко­то­ро­го, ли­шен­ная пла­мен­ной любви и вер­ной друж­бы, про­но­сит­ся, слов­но мгно­ве­ние, не остав­ляя следа. «И нам горь­ка осты­лой жизни чаша; и уж ничто души не ве­се­лит»,  — ре­зю­ми­ру­ет поэт, от­ме­чая при этом, что таков удел всей рос­сий­ской мо­ло­де­жи пер­вой по­ло­ви­ны 19 века, ко­то­рая вы­нуж­де­на при­ни­мать пра­ви­ла игры, на­вя­зан­ные об­ще­ством эпохи «без­вре­ме­нья», ли­це­ме­рить, лгать и раз­вле­кать­ся.