Ло­ша­ди тро­ну­лись по­ма­лень­ку, пошли ме­сить. Сани ка­ча­ло, как на волне. Воз­ни­ца то вы­рас­тал, то умень­шал­ся, вы­би­рал­ся вперёд. Чет­верть часа при­бли­зи­тель­но мы дви­га­лись так, пока на­ко­нец я не по­чув­ство­вал, что сани за­скри­пе­ли как будто ров­ней. Ра­дость хлы­ну­ла в меня, когда я уви­дел, как за­мель­ка­ли зад­ние ко­пы­та ло­ша­ди.

— Мелко, до­ро­га!  — за­кри­чал я.

— Го... го...  — ото­звал­ся воз­ни­ца. Он при­ко­вы­лял ко мне и сразу вырос.

— Ка­жись, до­ро­га,  — ра­дост­но, даже с тре­лью в го­ло­се ото­звал­ся по­жар­ный.  — Лишь бы опять не сбить­ся... Авось...

Мы по­ме­ня­лись ме­ста­ми. Ло­ша­ди пошли бод­рее. Вьюга точно сжи­ма­лась, стала осла­бе­вать, как мне по­ка­за­лось. Но ввер­ху и по сто­ро­нам ни­че­го не было, кроме мути. Я уж не на­де­ял­ся при­е­хать имен­но в боль­ни­цу. Мне хо­те­лось при­е­хать куда-ни­будь. Ведь ведёт же до­ро­га к жилью. Ло­ша­ди вдруг дёрнули и за­ра­бо­та­ли но­га­ми оживлённее. Я об­ра­до­вал­ся, не зная ещё при­чи­ны этого.

— Жильё, может, по­чув­ство­ва­ли?  — спро­сил я.

Воз­ни­ца мне не от­ве­тил. Я при­под­нял­ся в санях, стал всмат­ри­вать­ся. Стран­ный звук, тоск­ли­вый и злоб­ный, воз­ник где-то во мгле, но быст­ро потух. По­че­му-то не­при­ят­но мне стало, и вспом­нил­ся кон­тор­щик и как он тонко ску­лил, по­ло­жив го­ло­ву на руки. По пра­вой руке я вдруг раз­ли­чил тёмную точку, она вы­рос­ла в чёрную кошку, потом ещё под­рос­ла и при­бли­зи­лась. По­жар­ный вдруг обер­нул­ся ко

мне, причём я уви­дел, что че­люсть у него пры­га­ет, и спро­сил:

— Ви­де­ли, граж­да­нин док­тор?

Одна ло­шадь мет­ну­лась впра­во, дру­гая влево, по­жар­ный на­ва­лил­ся на се­кун­ду мне на ко­ле­ни, охнул, вы­пра­вил­ся, стал опи­рать­ся, рвать вожжи. Ло­ша­ди всхрап­ну­ли и по­нес­ли. Они взмёты­ва­ли ко­мья­ми снег, швы­ря­ли его, шли не­ров­но, дро­жа­ли.

И у меня про­шла дрожь не­сколь­ко раз по телу. Опра­вясь, я залез за па­зу­ху, вынул бра­у­нинг и про­клял себя за то, что забыл дома вто­рую обой­му. Нет, если уж я не остал­ся но­че­вать, то факел по­че­му я не взял с собой?! Мыс­лен­но я уви­дел ко­рот­кое со­об­ще­ние в га­зе­те о себе и зло­счаст­ном по­жар­ном.

Кошка вы­рос­ла в со­ба­ку и по­ка­ти­лась не­вда­ле­ке от саней. Я обер­нул­ся и уви­дел со­всем близ­ко за са­ня­ми вто­рую чет­ве­ро­но­гую тварь. Могу по­клясть­ся, что у неё были ост­рые уши и шла она за са­ня­ми легко, как по пар­ке­ту. Что-то гроз­ное и наг­лое было в её стрем­ле­нии. «Стая или их толь­ко две?»  — ду­ма­лось мне, и при слове "стая" варом об­ли­ло меня под шубой и паль­цы на ногах пе­ре­ста­ли стыть.

— Дер­жись по­креп­че и ло­ша­дей при­дер­жи­вай, я сей­час вы­стре­лю,  — вы­го­во­рил я го­ло­сом, но не своим, а не­из­вест­ным мне.

Воз­ни­ца толь­ко охнул в ответ и го­ло­ву втя­нул в плечи. Мне сверк­ну­ло в глаза и оглу­ши­тель­но уда­ри­ло. Потом вто­рой раз и тре­тий раз. Не помню, сколь­ко минут тре­па­ло меня на дне саней. Я слы­шал дикий, визг­ли­вый храп ло­ша­дей, сжи­мал бра­у­нинг, го­ло­вой уда­рил­ся обо что-то, ста­рал­ся вы­ныр­нуть из сена и в смер­тель­ном стра­хе думал, что у меня на груди вдруг ока­жет­ся гро­мад­ное жи­ли­стое тело. Видел уже мыс­лен­но свои рва­ные кишки... В это время воз­ни­ца завыл:

— Ого... го... вон он... вон... Гос­по­ди, вы­но­си, вы­но­си...

Я на­ко­нец спра­вил­ся с тяжёлой ов­чи­ной, вы­про­стал руки, под­нял­ся. Ни сзади, ни с боков не было чёрных зве­рей. Мело очень редко и при­лич­но, и в ред­кой пе­ле­не мер­цал оча­ро­ва­тель­ней­ший глаз, ко­то­рый я бы узнал из ты­ся­чи, ко­то­рый узнаю и те­перь,  — мер­цал фо­нарь моей боль­ни­цы. Тёмное гро­моз­ди­лось сзади него. «Куда кра­си­вее двор­ца...»  — по­мыс­лил я и вдруг в экс­та­зе ещё два раза вы­пу­стил пули из бра­у­нин­га назад, туда, где про­па­ли волки.

(М. А. Бул­га­ков, «Вьюга»)