Все цветы на пер­вый слух мол­чат:

Там, в лесу, и даль­ше, за ручьём...

Все цветы — на пер­вый слух — мол­чат,  

Если их не спро­сишь ни о чём.

Да, но ветер, пчёлы и роса,

Чуть ка­са­ясь их рас­кры­тых ртов,

Ка­жет­ся, любые го­ло­са

Могут сде­лать го­ло­сом цве­тов.

Но кув­шин­ка мол­ча­ли­вей всех.

Сколь­ко ни стою на бе­ре­гу, —

Но кув­шин­ка мол­ча­ли­вей всех, —

Я её рас­слы­шать не могу.

Горло ль ей сда­ви­ла глу­би­на?

Тайна ль тайн под ней по­гре­бе­на?

Но кув­шин­ка мол­ча­ли­вей всех:

Все поют — мол­чит она одна.

Я плу­та­ла у тяжёлых вод,

Я ста­ра­лась к ней найти под­ход —

Всё на­прас­но: пол­чи­ще болот,

Как на грех, кув­шин­ку сте­режёт.

Пол­чи­ще болот-⁠бо­ро­да­чей,

Ско­пи­ще чу­до­вищ­ных ночей,

Сонмы сов, бес­сон­ных, как на грех...

О! Кув­шин­ка Мол­ча­ли­вей всех.