Про­чи­тай­те при­ве­ден­ный ниже фраг­мент тек­ста и вы­пол­ни­те за­да­ние.

Подъ­ез­жая ко двору, Чи­чи­ков за­ме­тил на крыль­це са­мо­го хо­зя­и­на, ко­то­рый стоял в зе­ле­ном ша­ло­но­вом сюр­ту­ке, при­ста­вив руку ко лбу в виде зон­ти­ка над гла­за­ми, чтобы рас­смот­реть по­луч­ше подъ­ез­жав­ший эки­паж. По мере того как брич­ка бли­зи­лась к крыль­цу, глаза его де­ла­лись ве­се­лее и улыб­ка раз­дви­га­лась более и более.

— Павел Ива­но­вич!  — вскри­чал он на­ко­нец, когда Чи­чи­ков вы­ле­зал из брич­ки.  — На­си­лу вы таки нас вспом­ни­ли!

Оба при­я­те­ля очень креп­ко по­це­ло­ва­лись, и _______ увел сво­е­го гостя в ком­на­ту. Хотя время, в про­дол­же­ние ко­то­ро­го они будут про­хо­дить сени, пе­ред­нюю и сто­ло­вую, не­сколь­ко ко­рот­ко­ва­то, но по­про­бу­ем, не успе­ем ли как-ни­будь им вос­поль­зо­вать­ся и ска­зать кое-что о хо­зя­и­не дома. Но тут автор дол­жен при­знать­ся, что по­доб­ное пред­при­я­тие очень труд­но. Го­раз­до легче изоб­ра­жать ха­рак­те­ры боль­шо­го раз­ме­ра: там про­сто бро­сай крас­ки со всей руки на по­лот­но, чер­ные па­ля­щие глаза на­вис­шие брови, пе­ре­ре­зан­ный мор­щи­ною лоб, пе­ре­ки­ну­тый через плечо чер­ный или алый, как огонь, плащ  — и порт­рет готов; но вот эти все гос­по­да, ко­то­рых много на свете, ко­то­рые с вида очень по­хо­жи между собою, а между тем как при­гля­дишь­ся, уви­дишь много самых не­уло­ви­мых осо­бен­но­стей,  — эти гос­по­да страш­но труд­ны для порт­ре­тов. Тут при­дет­ся силь­но на­пря­гать вни­ма­ние, пока за­ста­вишь перед собою вы­сту­пить все тон­кие, почти не­ви­ди­мые черты, и во­об­ще да­ле­ко при­дет­ся углуб­лять уже изощ­рен­ный в науке вы­пы­ты­ва­ния взгляд.

Один бог разве мог ска­зать, какой был ха­рак­тер ________. Есть род людей, из­вест­ных под име­нем: люди так себе, ни то ни се, ни в го­ро­де Бог­дан ни в селе Се­ли­фан, по сло­вам по­сло­ви­цы. Может быть, к ним сле­ду­ет при­мкнуть и ________. На взгляд он был че­ло­век вид­ный; черты лица его были не ли­ше­ны при­ят­но­сти, но в эту при­ят­ность, ка­за­лось, че­ре­с­чур было пе­ре­да­но са­ха­ру; в при­е­мах и обо­ро­тах его было что-то за­ис­ки­ва­ю­щее рас­по­ло­же­ния и зна­ком­ства. Он улы­бал­ся за­ман­чи­во, был бе­ло­кур, с го­лу­бы­ми гла­за­ми. В первую ми­ну­ту раз­го­во­ра с ним не мо­жешь не ска­зать: «Какой при­ят­ный и доб­рый че­ло­век!» В сле­ду­ю­щую за тем ми­ну­ту ни­че­го не ска­жешь, а в тре­тью ска­жешь: «Черт знает что такое!» — и отой­дешь по­даль­ше; если ж не отой­дешь, по­чув­ству­ешь скуку смер­тель­ную.

Н. В. Го­голь «Мерт­вые души»