1.  Афа­на­сий Фет по праву счи­та­ет­ся одним из самых ро­ман­тич­ных рус­ских по­этов. Хотя автор ни­ко­гда не при­чис­лял себя к этому ли­те­ра­тур­но­му на­прав­ле­нию, его про­из­ве­де­ния про­ни­за­ны духом ро­ман­тиз­ма. Поэт пре­крас­но пе­ре­даёт ми­нут­ные ощу­ще­ния, и, че­ре­дуя их, он по­ка­зы­ва­ет и со­сто­я­ние ге­ро­ев, и те­че­ние ночи, и со­зву­чие при­ро­ды душе че­ло­ве­ка, и сча­стье любви. Сви­да­ние на­чи­на­ет­ся за­дол­го до рас­све­та. Ручей еще «сон­ный», все на­пол­не­но «се­реб­ром» лун­но­го света. Миром пра­вит хо­зя­ин ве­сен­них лун­ных ночей  — со­ло­вей. По­сте­пен­но все на­пол­ня­ет­ся но­вы­ми крас­ка­ми: воз­ни­ка­ет «свет ноч­ной», ко­то­рый пока еще гра­ни­чит с тенью. Поэт был убеж­ден­ным сто­рон­ни­ком тео­рии еди­не­ния че­ло­ве­ка с при­ро­дой, по его мне­нию, че­ло­век яв­ля­ет­ся не­отъ­ем­ле­мой его ча­стью. В сти­хо­тво­ре­нии при­сут­ству­ет не­по­вто­ри­мый та­ин­ствен­ный по­лу­мрак, со­бы­тия слов­но оку­та­ны «по­лу­про­зрач­ной за­ве­сой». Это ти­пич­ные черты ро­ман­ти­че­ско­го про­из­ве­де­ния.

2.  Зву­ко­пись часто по за­мыс­лу поэта по­мо­га­ет со­здать не­по­вто­ри­мый ху­до­же­ствен­ный образ. В сти­хо­тво­ре­нии А. А. Фета, бла­го­да­ря ал­ли­те­ра­ции, од­но­му из видов зву­ко­пи­си, чи­та­тель сразу оку­на­ет­ся в ат­мо­сфе­ру вол­шеб­но­го ве­че­ра. Ти­ши­на, покой, уми­ро­тво­ре­ние. Создаётся такое ощу­ще­ние, в част­но­сти, по­вто­ре­ни­ем ши­пя­щих и глу­хих со­глас­ных зву­ков: «Шёпот, роб­кое ды­ха­нье...»

На фоне ти­ши­ны чи­стая, не на­ру­ша­ю­щая об­ще­го спо­кой­ствия песня:

В этой стро­ке ра­бо­та­ет ас­со­нанс: по­вто­ря­ют­ся глас­ные звуки О, Э.

Таким об­ра­зом, зву­ко­пись  — важ­ная со­став­ля­ю­щая со­зда­ния ху­до­же­ствен­но­го об­ра­за в сти­хо­тво­ре­нии.

Лю­бов­ная тема зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я помню чуд­ное мгно­ве­нье...» С самой пер­вой стро­ки чи­та­тель видит тре­пет­ное от­но­ше­ние ли­ри­че­ско­го героя к воз­люб­лен­ной:

Бук­валь­но каж­дое слово про­пи­та­но неж­но­стью  — в этом Пуш­кин вто­рит Фету, для ко­то­ро­го встре­ча с воз­люб­лен­ной – чу­дес­ный миг, где па­мят­но всё: шёпот, роб­кое ды­ха­нье, лоб­за­ния, слёзы.

Оба ав­то­ра очень вни­ма­тель­ны к де­та­лям. Пуш­кин пишет о «не­бес­ных чер­тах» и «го­ло­се неж­ном», Фет  — о «ряде вол­шеб­ных из­ме­не­ний ми­ло­го лица». Не­смот­ря на скво­зя­щий мотив раз­лу­ки и пе­ча­ли в сти­хо­тво­ре­нии Пуш­ки­на, оно про­ник­ну­то свет­лым на­стро­е­ни­ем. У обоих ав­то­ров чи­та­тель видит ис­крен­нюю лю­бовь, ко­то­рая до­стой­на вос­хи­ще­ния и осо­бо­го вни­ма­ния.

Лю­бов­ная тема зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я помню чуд­ное мгно­ве­нье...» С самой пер­вой стро­ки чи­та­тель видит тре­пет­ное от­но­ше­ние ли­ри­че­ско­го героя к воз­люб­лен­ной:

Я помню чуд­ное мгно­ве­нье:

мимолётное ви­де­нье,

Как гений чи­стой кра­со­ты.

Бук­валь­но каж­дое слово про­пи­та­но неж­но­стью  — в этом Пуш­кин вто­рит Фету, для ко­то­ро­го встре­ча с воз­люб­лен­ной – чу­дес­ный миг, где па­мят­но всё: шёпот, роб­кое ды­ха­нье, лоб­за­ния, слёзы.

Оба ав­то­ра очень вни­ма­тель­ны к де­та­лям. Пуш­кин пишет о «не­бес­ных чер­тах» и «го­ло­се неж­ном», Фет  — о «ряде вол­шеб­ных из­ме­не­ний ми­ло­го лица». Не­смот­ря на скво­зя­щий мотив раз­лу­ки и пе­ча­ли в сти­хо­тво­ре­нии Пуш­ки­на, оно про­ник­ну­то свет­лым на­стро­е­ни­ем. У обоих ав­то­ров чи­та­тель видит ис­крен­нюю лю­бовь, ко­то­рая до­стой­на вос­хи­ще­ния и осо­бо­го вни­ма­ния.