Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Вла­ди­мир Хо­да­се­вич го­во­рил о Лер­мон­то­ве: «Чтобы стра­дать так, как стра­да­ет Демон, надо быть Де­мо­ном...» Под­твер­ди­те или опро­верг­ни­те это утвер­жде­ние.

Если бы на каком-ни­будь пыш­ном балу в конце де­вят­на­дца­то­го века, среди тан­цев и му­зы­ки, один гость спро­сил дру­го­го:

- Как? Вы знали Лер­мон­то­ва?

А дру­гой от­ве­тил:

-Да, Это был гор­дый че­ло­век.

В его сло­вах была бы прав­да.

Это был гор­дый че­ло­век.

Не он пер­вый по­звал на по­еди­нок, на белый лист бу­ма­ги са­мо­го де­мо­на. Не он пер­вый в ми­ро­вой ли­те­ра­ту­ре столк­нул не­че­ло­ве­че­ские без­бреж­ные силы по­лу­бо­га с ко­рот­кой и хруп­кой че­ло­ве­че­ской жиз­нью. Но еще ни один демон не видел люд­ской мир таким пре­крас­ным.

…Кля­ну­ся небом я и адом,

Зем­ной свя­ты­ней и тобой,

Кля­нусь твоим по­след­ним взгля­дом,

Твоею пер­вою сле­зой,

Не­злоб­ных уст твоих ды­ха­ньем,

Вол­ною шел­ко­вых куд­рей,

Кля­нусь бла­жен­ством и стра­да­ньем,

Кля­нусь лю­бо­вию моей…

На­вер­ное, и вправ­ду толь­ко демон знает такие слова. Вот они зву­чат, и звез­ды боль­ше не идут своим путем, и земля под но­га­ми за­ми­ра­ет, и ни­че­го дру­го­го уже не слыш­но. Толь­ко демон стра­сти шеп­чет свои слова и сила их не­пре­одо­ли­ма:

…Я опу­щусь на дно мор­ское,

Я по­ле­чу за об­ла­ка,

Я дам тебе все, все зем­ное –

Люби меня!..

О, как пре­кра­сен, как могуч че­ло­век, когда вот это, огром­ное, вры­ва­ет­ся в душу! Какие тут де­мо­ны, какие боги… На листе белой бу­ма­ги сама жизнь го­во­рит го­ло­сом два­дца­ти­пя­ти­лет­не­го Лер­мон­то­ва: «Люби меня!.. Люби меня!..»

Это и есть под­лин­ный голос че­ло­ве­че­ско­го серд­ца, ни разу, ни на ми­ну­ту не за­мол­ка­ю­щий зов.

Люби меня, по­то­му что не может че­ло­век на земле быть один. Люби меня, по­то­му что ты пре­крас­на. Люби меня, по­то­му что иначе я не сумею жить…

Такой все­по­гло­ща­ю­щей и без­мер­но ис­крен­ней любви можно по­учить­ся у лер­мон­тов­ско­го Де­мо­на.

Мно­гое можно со­чи­нить – вы­ду­мать роман, вы­брать слова и сло­жить за­мыс­ло­ва­тую ли­те­ра­тур­ную ин­три­гу. Но чув­ства вы­ду­мать нель­зя. По­это­му и рож­да­ют­ся стихи, в ко­то­рых не­воз­мож­но от­ли­чить, не­воз­мож­но разъ­ять голос поэта и голос его героя. Хо­да­се­вич прав: «Чтобы стра­дать так, как стра­да­ет Демон, надо быть Де­мо­ном...»

2.  Ку­пе­че­ский быт и нравы в пьесе А. Н. Ост­ров­ско­го «Гроза».

Драма «Гроза» ос­но­вы­ва­ет­ся на опи­са­нии быта, усто­ев, нра­вов ку­пе­че­ских семей го­ро­да Ка­ли­но­ва. Жизнь в Ка­ли­но­ве  — это спо­кой­ное, раз­ме­рен­ное су­ще­ство­ва­ние, бед­ное со­бы­ти­я­ми. До­мо­строй, на ко­то­ром стро­ит­ся се­мей­ный по­ря­док, прак­ти­че­ски де­ла­ет не­воз­мож­ным про­яв­ле­ние чувств. Кон­сер­ва­тив­ные нравы, ца­ря­щие в семье Ка­ба­но­вых и яв­ля­ю­щи­е­ся обыч­ны­ми для семьи, жи­ву­щей в не­боль­шом про­вин­ци­аль­ном го­род­ке, пред­пи­сы­ва­ют «хо­ро­шей жене», «про­во­див­ши мужа», выть, лежа на крыль­це; мужу ре­гу­ляр­но бить жену, а им обоим бес­пре­ко­слов­но под­чи­нять­ся воле стар­ших в доме. Любое от­кло­не­ние от пра­вил счи­та­ет­ся по­ся­га­тель­ством на не­при­кос­но­вен­ность «тёмного цар­ства». Тем не менее, на­сту­па­ют «по­след­ние вре­ме­на» «тёмного цар­ства», по­то­му что до­мо­строй ру­шит­ся: дети на­чи­на­ют про­те­сто­вать про­тив са­мо­дур­ства стар­ших.

3.  Что в прозе И. А. Бу­ни­на вы­зва­ло у Вас осо­бый ин­те­рес? (С опо­рой на ана­лиз од­но­го-двух про­из­ве­де­ний пи­са­те­ля.)

Перед на­пи­са­ни­ем со­чи­не­ния нужно опре­де­лить­ся с темой, ко­то­рая Вам наи­бо­лее близ­ка в про­из­ве­де­ни­ях Бу­ни­на. Это может тема любви, или тема Ро­ди­ны, или тема смыс­ла жизни. В за­ви­си­мо­сти от вы­бран­ной темы опре­де­ля­ет­ся круг про­из­ве­де­ний.

Тема судь­бы Ро­ди­ны после ре­во­лю­ции за­тро­ну­та Бу­ни­ным в «Ока­ян­ных днях». Тема любви может быть рас­кры­та на при­ме­ре рас­ска­зов сбор­ни­ка «Тёмные аллеи». Темы че­ло­ве­че­ско­го бытия  — на при­ме­ре «Гос­по­ди­на из Сан-⁠Фран­цис­ко».

4.  Тема при­ро­ды и ци­ви­ли­за­ции в оте­че­ствен­ной прозе вто­рой по­ло­ви­ны ХХ  — на­ча­ла ХХI в. (На при­ме­ре про­из­ве­де­ний од­но­го из пи­са­те­лей: В. П. Аста­фье­ва, В. Г. Рас­пу­ти­на, Ч. Айт­ма­то­ва.)

Про­бле­ма вза­и­мо­от­но­ше­ний при­ро­ды и че­ло­ве­ка за­тра­ги­ва­ет­ся по­сто­ян­но, и она ни­ко­гда не по­те­ря­ет своей ак­ту­аль­но­сти. О про­бле­мах куль­ту­ры вза­и­мо­свя­зи при­ро­ды и че­ло­ве­ка го­во­ри­ли мно­гие пи­са­те­ли про­шлых веков и со­вре­мен­но­сти.

Ва­лен­тин Рас­пу­тин об­ра­ща­ет­ся к про­бле­ме об­ще­ния че­ло­ве­ка с при­ро­дой во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях. На­при­мер, в «Про­ща­нии с Ма­те­рой»  — книге о том, что вза­и­мо­от­но­ше­ния че­ло­ве­ка и земли  — про­бле­ма не обыч­ная, а глу­бо­ко нрав­ствен­ная. Не слу­чай­но слова Ро­ди­на, народ, род­ник, при­ро­да  — од­но­го корня. В по­ве­сти образ Ро­ди­ны не­из­мен­но свя­зан с об­ра­зом род­ной земли. Ма­те­ра  — это и ост­ров, и древ­няя де­ре­вень­ка с таким же на­зва­ни­ем; Ма­те­ра долж­на быть стер­та с лица земли. Долж­но ис­чез­нуть все: дома, ого­ро­ды, луга, клад­би­ще  — вся земля уйдет под воду на­веч­но. Кто дал че­ло­ве­ку право рас­по­ря­жать­ся всем так без­дум­но?

Не нами на­чи­на­ет­ся жизнь на свете и не нашим ухо­дом она за­кан­чи­ва­ет­ся. Как мы от­но­сим­ся к пред­кам, так и к нам будут от­но­сить­ся по­том­ки, беря при­мер с нас. Рас­пу­тин, раз­мыш­ляя об этом, по­ка­зы­ва­ет не­сколь­ко по­ко­ле­ний. По­лу­ча­ет­ся, что чем даль­ше, тем связи ста­но­вят­ся сла­бее. Вот ста­ру­ха Дарья свято чтит па­мять об ушед­ших. Сын её, Павел, по­ни­ма­ет мать, но то, что её вол­ну­ет, для него не самое глав­ное. А внук Ан­дрей и вовсе не по­ни­ма­ет о чем речь. Для него не пред­став­ля­ет слож­но­сти при­нять ре­ше­ние устро­ить­ся на стро­и­тель­ство пло­ти­ны, из-⁠за ко­то­рой и будет за­топ­лен ост­ров. И во­об­ще, он уве­рен, что па­мять  — это плохо, без нее лучше. По­весть Рас­пу­ти­на вос­при­ни­ма­ет­ся как пре­ду­пре­жде­ние. Такие, как Ан­дрей, будут со­зи­дать, раз­ру­шая и, когда за­ду­ма­ют­ся чего же в этом про­цес­се боль­ше, будет уже позд­но: на­до­рван­ные серд­ца не из­ле­чи­ва­ют­ся. «Кто мы на этой земле  — хо­зя­е­ва или вре­мен­ные при­шель­цы: при­шли, по­бы­ли, ни про­шло­го нам не нужно, ни бу­ду­ще­го у нас нет?»  — такие раз­мыш­ле­ния вы­зы­ва­ет по­весть В. Рас­пу­ти­на.

5.  Когда на по­мощь пи­са­те­лю при­хо­дит са­ти­ра. (На при­ме­ре 1-⁠2 про­из­ве­де­ний оте­че­ствен­ной или за­ру­беж­ной ли­те­ра­ту­ры.)

Тема может быть рас­смот­ре­на на при­ме­ре ска­зок М. Е. Сал­ты­ко­ва-⁠Щед­ри­на. Глав­ной за­да­чей са­ти­ры сам пи­са­тель счи­тал ис­сле­до­ва­ние яв­ле­ний об­ще­ствен­ной жизни, со­ци­аль­ных язв и по­ро­ков. За­ча­стую Сал­ты­ков-⁠Щед­рин при­бе­гал к гро­тес­ку  — изоб­ра­же­нию дей­стви­тель­но­сти в пре­уве­ли­чен­ном, урод­ли­во-⁠ко­ми­че­ском виде, со­че­тав­шем ре­аль­ное и фан­та­сти­че­ское, страш­ное и смеш­ное. «По­весть о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил»  — бес­по­щад­ная са­ти­ра на су­ще­ству­ю­щий в Рос­сии строй, на «силь­ных мира сего», на ра­бо­ле­пие на­ро­да.

Можно об­ра­тить­ся также и к са­ти­ри­че­ским рас­ска­зам А. П. Че­хо­ва: «Ха­ме­ле­он», «Тол­стый и тон­кий» и дру­гим.