Каж­дая строч­ка сти­хо­тво­ре­ния С. Есе­ни­на на­пол­не­на лич­ны­ми пе­ре­жи­ва­ни­я­ми, про­ник­ну­ты­ми на­стро­е­ни­ем гру­сти о без­воз­врат­но ушед­шей мо­ло­до­сти. Имен­но это поз­во­ля­ет опре­де­лить жан­ро­вую раз­но­вид­ность сти­хо­тво­ре­ния как эле­гию и от­не­сти его к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке.

Ответ: эле­гию фи­ло­соф­ской.

Такой жанр на­зы­ва­ет­ся эле­ги­ей. Эле­гия  — ли­ри­че­ское сти­хо­тво­ре­ние, пе­ре­да­ю­щее глу­бо­ко лич­ные, ин­тим­ные пе­ре­жи­ва­ния че­ло­ве­ка, про­ник­ну­тые на­стро­е­ни­ем гру­сти.

Ли­ри­че­ский герой раз­мыш­ля­ет о про­шлом так, будто его жизнь уже по­до­шла к концу. Ему груст­но и тоск­ли­во, но само то, что он «дышал и жил», на­пол­ня­ет его душу сча­стьем.

Ответ: эле­гия.

Эпи­тет  — об­раз­ное опре­де­ле­ние: ро­зо­вая водь, угрю­мой земле.

Оли­це­тво­ре­ние  — на­де­ле­ние не­жи­вых пред­ме­тов при­зна­ка­ми жи­во­го су­ще­ства:

Ме­та­фо­ра  — скры­тое срав­не­ние:

Ри­то­ри­че­ское об­ра­ще­ние  — сти­ли­сти­че­ская фи­гу­ра, уси­ли­ва­ю­щая эмо­ци­о­наль­ность вы­ска­зы­ва­ния и вы­ра­жа­ю­щая от­но­ше­ние к тому или иному лицу либо пред­ме­ту:

Ана­фо­ра  — еди­но­на­ча­тие:

Много дум я в ти­ши­не про­ду­мал,

Много песен про себя сло­жил...

Ответ: 12347.

1.  Сти­хо­тво­ре­ние «Мы те­перь ухо­дим по­не­мно­гу»  — мо­но­лог поэта, ко­то­рый де­лит­ся сво­и­ми са­мы­ми со­кро­вен­ны­ми ду­ма­ми и чув­ства­ми. Ос­нов­ная ин­то­на­ция сти­хо­тво­ре­ния ис­по­ве­даль­ная, до­ве­ри­тель­ная, груст­ная, про­щаль­ная и в то же время бла­го­дар­ная за сча­стье жить на этой земле. Жизнь быст­ро­теч­на, мо­ло­дость без­воз­врат­но ухо­дит  — об этом поэт жа­ле­ет. Но в сти­хо­тво­ре­нии зву­чат и жиз­не­утвер­жда­ю­щие ноты: ему до­ве­лось ис­пы­тать жизнь с ее ра­до­стя­ми и го­ре­стя­ми  — и это пре­крас­но.

го­во­рит поэт, и эти слова вы­зы­ва­ют свет­лое чув­ство.

2.  В сти­хо­тво­ре­нии Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча Есе­ни­на «Мы те­перь ухо­дим по­не­мно­гу» ис­поль­зу­ют­ся не­обыч­ные об­ра­ще­ния. Поэт об­ра­ща­ет­ся к бе­ре­зо­вым чащам, земле, пес­кам:

Это обу­слов­ле­но идей­ным за­мыс­лом сти­хо­тво­ре­ния. Дело в том, что ли­ри­че­ский герой осознаёт, что жизнь под­хо­дит к концу, мо­ло­дость ушла без­воз­врат­но, ни­че­го вер­нуть нель­зя. Но, вме­сте с тем, герой счаст­лив, что про­жил такую жизнь, и про­дол­жа­ет це­нить всё, что любит. Вот по­че­му он так па­фос­но об­ра­ща­ет­ся к став­шим при­выч­ны­ми вещам  — это тоже его жизнь. Таким об­ра­зом, об­ра­ще­ния обу­слов­ле­ны идей­ным за­мыс­лом сти­хо­тво­ре­ния.

Со­по­ста­вить сти­хо­тво­ре­ние Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча Есе­ни­на «Мы те­перь ухо­дим по­не­мно­гу» можно со сти­хо­тво­ре­ни­ем «Ангел» Лер­мон­то­ва, ведь в нём также ве­ду­щей яв­ля­ет­ся тема жизни и смер­ти. Сти­хо­тво­ре­ние по­стро­е­но на ос­но­ве ан­ти­те­зы земли и неба. Мир не­бес­ный по­кой­ный, без­греш­ный, прав­ди­вый. Мы слы­шим пре­крас­ную «тихую песню» ан­ге­ла, ко­то­рой вни­ма­ют и месяц, и звез­ды, и тучи, и «душа мла­дая». В по­след­ней стро­фе воз­ни­ка­ет образ земли, про­ти­во­по­став­лен­ный не­бе­сам. Мир ре­аль­ный не­со­вер­ше­нен, по­это­му так при­тя­га­тель­на песня ан­ге­ла:

Ли­ри­че­ский герой тоже огля­ды­ва­ет­ся перед ухо­дом и смот­рит на то, что остав­ля­ет в этом мире. У Есе­ни­на, как и у Лер­мон­то­ва, жизнь пред­ста­ет хруп­кой и ми­мо­лет­ной, а веч­ная жизнь не­под­власт­на че­ло­ве­че­ско­му по­ни­ма­нию.

Дан­ное сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «хорей».

Хорей  — двух­слож­ный сти­хо­твор­ный раз­мер с уда­ре­ни­ем на пер­вом слоге.

МНОго ПЕсен ПРО сеБЯ сло­ЖИЛ.

Ответ: хорей.

В своем твор­че­стве А. С. Пуш­кин не раз об­ра­щал­ся к теме жизни и смер­ти. В сти­хо­тво­ре­нии «Брожу ли я вдоль улиц шум­ных» автор раз­мыш­ля­ет о не­от­вра­ти­мо­сти смер­ти, по­сто­ян­ные мысли о ней не­от­вяз­но сле­ду­ют за по­этом. Он, думая о бес­смер­тии, на­хо­дит его в бу­ду­щем по­ко­ле­нии:

Мла­ден­ца ль ми­ло­го лас­каю,

Уже я думаю: про­сти!

Тебе я место усту­паю:

Мне время тлеть, тебе  — цве­сти.

Раз­мыш­ляя над этой темой, поэт при­хо­дит к та­ко­му вы­во­ду: жизнь кон­ча­ет­ся, а смерть, воз­мож­но, лишь этап жизни. Пуш­кин не огра­ни­чи­ва­ет­ся рам­ка­ми зем­ной жизни од­но­го че­ло­ве­ка  — бес­смер­тие каж­до­го в его вну­ках и пра­вну­ках  — в его потом­стве.

Тема жизни и смер­ти - веч­ная в ли­те­ра­ту­ре - яв­ля­ет­ся ве­ду­щей и в ли­ри­ке Лер­мон­то­ва и свое­об­раз­но в ней пре­лом­ля­ет­ся. Раз­мыш­ле­ни­я­ми о жизни и смер­ти, ду­ма­ми о конце че­ло­ве­че­ской жизни про­ник­ну­ты мно­гие стихи поэта. В сти­хо­тво­ре­нии «И скуч­но и груст­но…» поэт раз­мыш­ля­ет о том, что жизнь быст­ро­теч­на и скоро пред­сто­ит пе­рей­ти в какое-то дру­гое из­ме­ре­ние. Ли­ри­че­ский герой хоть и го­во­рит об этом с гру­стью, но без стра­ха: смерть – есте­ствен­ное яв­ле­ние, не надо жа­леть о жизни, рас­тра­чен­ной впу­стую:

И жизнь, как по­смот­ришь с хо­лод­ным вни­ма­ньем во­круг -

Такая пу­стая и глу­пая шутка...

Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Есе­ни­на «Мы те­перь ухо­дим по­не­мно­гу» слов­но огля­ды­ва­ет­ся перед ухо­дом и смот­рит на то, что остав­ля­ет в этом мире. Он со­жа­ле­ет лишь о двух цен­но­стях этого света: о не­по­вто­ри­мых кра­со­тах при­ро­ды, ко­то­рых, увы, нет в той бла­го­дат­ной стра­не, и о людях, ко­то­рые живут на земле, об­ра­ба­ты­ва­ют ее, делая еще пре­крас­нее (сеют хлеб, «зо­ло­тя­щий­ся во мгле»). В при­ро­де смерть од­но­го че­ло­ве­ка ком­пен­си­ру­ет­ся про­дол­же­ни­ем рода, по­яв­ле­ни­ем новых живых душ: детей, вну­ков, пра­вну­ков. У Есе­ни­на же ко­неч­ность че­ло­ве­че­ско­го бытия зву­чит вдвой­не пес­си­ми­стич­но: про­цесс ухода не­от­вра­тим, а жизнь хруп­ка и ко­рот­ка. По­сту­па­тель­ное дви­же­ние че­ло­ве­ка по жизни лишь при­бли­жа­ет его к ро­ко­во­му концу.

Про­ана­ли­зи­ро­вав сти­хо­тво­ре­ния Пуш­ки­на, Лер­мон­то­ва и Есе­ни­на, нель­зя не за­ме­тить их очень по­хо­же­го от­но­ше­ния к про­бле­ме жизни и смер­ти.