Ли­ри­ка  — это род ли­те­ра­ту­ры, в ко­то­ром дей­стви­тель­ность от­ра­жа­ет­ся путем пе­ре­да­чи глу­бо­ких, за­ду­шев­ных пе­ре­жи­ва­ний, мыс­лей и чувств ав­то­ра. В сти­хо­тво­ре­нии К. Я. Ван­шен­ки­на в раз­ду­мьях ли­ри­че­ско­го героя не­труд­но уга­дать пе­ре­жи­ва­ния са­мо­го поэта.

Ответ: род ли­ри­че­ско­го.

Ли­ри­че­ский герой  — образ в ли­ри­че­ском про­из­ве­де­нии, пе­ре­да­ю­щий мысли, чув­ства, эмо­ции ав­то­ра, но не тож­де­ствен­ный са­мо­му поэту.

Ответ: ли­ри­че­ский герой.

В тре­тьей стро­фе видим срав­не­ние:

В пер­вой стро­фе  — ри­то­ри­че­ское вос­кли­ца­ние: «Зим­ний лес!»

Эпи­те­ты: «бес­по­кой­ное серд­це», «ма­лень­кая тихая ме­тель» и др.

Ме­та­фо­ра  — скры­тое срав­не­ние:

Зим­ний лес! От края и до края

Он за­стыл смо­ли­стою сте­ной...

Ответ: 1256.

1.  Сти­хо­тво­ре­ние можно от­не­сти к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке, оно про­ник­ну­то осо­бой ат­мо­сфе­рой вос­хи­ще­ния не­пре­хо­дя­щей кра­со­той и ве­ли­чи­ем при­ро­ды. Перед этим ве­ли­чи­ем от­сту­па­ют су­ет­ные люд­ские дела, за­ми­ра­ет зем­ное вра­ще­ние, слов­но зим­ний лес знает что-⁠то такое, что не­под­власт­но ни­ко­му и ни­че­му, кроме него. В такие ми­ну­ты че­ло­век осо­зна­ет ни­чтож­ность соб­ствен­но­го бытия и пы­та­ет­ся при­кос­нуть­ся к ве­ли­кой за­гад­ке жизни. Од­на­ко, сти­хо­тво­ре­ние не остав­ля­ет гне­ту­ще­го впе­чат­ле­ния, общий тон его по­зи­тив­ный, свет­лый.

2.  Эпи­те­ты  — это об­раз­ные опре­де­ле­ния, слу­жа­щие для со­зда­ния ин­ди­ви­ду­аль­но-ав­тор­ских ху­до­же­ствен­ных об­ра­зов. В сти­хо­тво­ре­нии К. Я. Ван­шен­ки­на «Вл. Со­ко­ло­ву» зву­чит тема фи­ло­соф­ско­го осмыс­ле­ния жизни. Поэт об­ра­ща­ет­ся к при­ро­де, по­то­му что при­ро­да вечна, че­ло­век на земле лишь гость. По­нять смысл этого со­по­став­ле­ния по­мо­га­ют и эпи­те­ты.

«Не­прав­до­по­доб­ной ти­ши­ной» по­ра­жа­ет лес  — на­вер­ное, он знает что-⁠то, что не­до­ступ­но че­ло­ве­ку. Сле­ду­ю­щие эпи­те­ты за­креп­ля­ют эту мысль: с «вы­со­ко­мер­ным без­раз­ли­чьем» от­но­сить­ся лес к люд­ской суете; ель «цар­ствен­ная» тоже не под­вер­же­на ме­лоч­ным пе­ре­дря­гам.

Таким об­ра­зом, эпи­те­ты  — важ­ная со­став­ля­ю­щая ху­до­же­ствен­но­го за­мыс­ла в сти­хо­тво­ре­нии.

Кар­ти­ны зимы мы можем уви­деть в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Зим­нее утро». В нем де­таль­но опи­са­ны пре­крас­ные пей­за­жи, кра­со­та ко­то­рых во­оду­шев­ля­ет и де­ла­ет день «чу­дес­ным». Ван­шен­кин, как и Пуш­кин, ис­поль­зу­ет сред­ства вы­ра­зи­тель­но­сти (эпи­те­ты, ме­та­фо­ры), при по­мо­щи ко­то­рых кар­ти­ны зим­ней при­ро­ды ста­но­вят­ся яр­ки­ми, кра­соч­ны­ми.

У Пуш­ки­на:

У Ван­шен­ки­на:

Оба ав­то­ра по­ка­зы­ва­ют при­ро­ду в это время года не­ве­ро­ят­но кра­си­вой. Ве­ли­чие при­ро­ды, на­пол­нен­ной за­гад­кой, тай­ной и не­обык­но­вен­ным оча­ро­ва­ни­ем за­став­ля­ет ли­ри­че­ско­го героя Ван­шен­ки­на за­ду­мать­ся о брен­но­сти зем­но­го бытия. «При­ро­да знает что-⁠то такое, что не­под­власт­но че­ло­ве­ку, к го­ло­су при­ро­ды нужно уметь при­слу­ши­вать­ся»,  — при­зы­ва­ют нас поэты раз­ных эпох.

Сти­хо­тво­ре­ние можно от­не­сти к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке, оно про­ник­ну­то осо­бой ат­мо­сфе­рой вос­хи­ще­ния не­пре­хо­дя­щей кра­со­той и ве­ли­чи­ем при­ро­ды. Перед этим ве­ли­чи­ем от­сту­па­ют су­ет­ные люд­ские дела, за­ми­ра­ет зем­ное вра­ще­ние, слов­но зим­ний лес знает что-то такое, что не­под­власт­но ни­ко­му и ни­че­му, кроме него. В такие ми­ну­ты че­ло­век осо­зна­ет ни­чтож­ность соб­ствен­но­го бытия и пы­та­ет­ся при­кос­нуть­ся к ве­ли­кой за­гад­ке жизни. Од­на­ко, сти­хо­тво­ре­ние не остав­ля­ет гне­ту­ще­го впе­чат­ле­ния, общий тон его по­зи­тив­ный, свет­лый.

Кар­ти­ны зимы мы можем уви­деть в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Зим­нее утро». В нем де­таль­но опи­са­ны пре­крас­ные пей­за­жи, кра­со­та ко­то­рых во­оду­шев­ля­ет и де­ла­ет день «чу­дес­ным». Ван­шен­кин, как и Пуш­кин, ис­поль­зу­ет сред­ства вы­ра­зи­тель­но­сти (эпи­те­ты, ме­та­фо­ры), при по­мо­щи ко­то­рых кар­ти­ны зим­ней при­ро­ды ста­но­вят­ся яр­ки­ми, кра­соч­ны­ми.

У Пуш­ки­на:

Бле­стя на солн­це, снег лежит;

Про­зрач­ный лес один чер­не­ет,

И ель сквозь иней зе­ле­не­ет,

И речка подо льдом бле­стит.

У Ван­шен­ки­на:

Зим­ний лес! От края и до края

Он за­стыл смо­ли­стою сте­ной,

Серд­це бес­по­кой­ное сму­щая

Не­прав­до­по­доб­ной ти­ши­ной.

Оба ав­то­ра по­ка­зы­ва­ют при­ро­ду в это время года не­ве­ро­ят­но кра­си­вой. Ве­ли­чие при­ро­ды, на­пол­нен­ной за­гад­кой, тай­ной и не­обык­но­вен­ным оча­ро­ва­ни­ем за­став­ля­ет ли­ри­че­ско­го героя Ван­шен­ки­на за­ду­мать­ся о брен­но­сти зем­но­го бытия. «При­ро­да знает что-то такое, что не­под­власт­но че­ло­ве­ку, к го­ло­су при­ро­ды нужно уметь при­слу­ши­вать­ся»,  — при­зы­ва­ют нас поэты раз­ных эпох.