В сти­хо­тво­ре­нии Н. А. Не­кра­со­ва зву­чит груст­ное раз­мыш­ле­ние о не­со­вер­шен­стве бытия. По­это­му по жанру сти­хо­тво­ре­ние может счи­тать­ся эле­ги­ей. Среди наи­бо­лее часто ис­поль­зу­е­мых тро­пов в сти­хо­тво­ре­нии встре­ча­ют­ся об­раз­ные опре­де­ле­ния  — эпи­те­ты.

Ответ: эле­ги­ей­эпи­те­ты.

Лю­бов­ная ли­ри­ка  — ли­ри­ка, глав­ной темой ко­то­рой яв­ля­ет­ся лю­бов­ная тема.

Ответ: лю­бов­ная

Во вто­рой стро­фе ис­поль­зу­ет­ся ПО­ВТОР («О ты, чьих писем много, много»).

Кроме этого, встре­ча­ем СРАВ­НЕ­НИЕ («...Как в празд­ном ле­пе­те детей»).

Тре­тьим сред­ством яв­ля­ет­ся РИ­ТО­РИ­ЧЕ­СКОЕ ВОС­КЛИ­ЦА­НИЕ («Поблёкшие цветы с мо­ги­лы / По­гиб­шей юно­сти моей!»).

ЭПИ­ТЕТ  — об­раз­ное опре­де­ле­ние: «по­гиб­шей» юно­сти.

Ответ: 1247.

1.  Сти­хо­тво­ре­ние «О пись­ма жен­щи­ны, нам милой» на­пи­сан­ное в 1852 году, по­свя­ще­но А. Я. Па­на­е­вой. Ли­ри­че­ский герой не ре­ша­ет­ся сжечь пись­ма, по­лу­чен­ные от обо­жа­е­мой жен­щи­ны. При этом он по­ни­ма­ет, «что прав­ды в них и проку мало», срав­ни­вая по­сла­ния с празд­ным дет­ским ле­пе­том. По­че­му же герой не в силах из­ба­вить­ся от писем? По­че­му по-преж­не­му бе­реж­но хра­нит их в порт­фе­ле? Ответ прост  — они слу­жат на­по­ми­на­ни­ем о пре­крас­ном про­шлом, вы­сту­па­ют в роли «по­блек­ших цве­тов с мо­ги­лы по­гиб­шей юно­сти». Вот по­че­му чув­ства ли­ри­че­ско­го героя столь про­ти­во­ре­чи­вы.

2.  Эпи­те­ты де­ла­ют по­э­ти­че­скую речь не­по­вто­ри­мой, а ху­до­же­ствен­ный образ за­по­ми­на­ю­щим­ся. В сти­хо­тво­ре­нии Н. А. Не­кра­со­ва эпи­те­тов много. «Усмеш­кою ле­ни­вой», «бред не­вин­ный и пу­стой», «зло­бою рев­ни­вой», «му­чи­тель­ной тос­кой»  — эти эпи­те­ты из пер­вой стро­фы эле­гии по­мо­га­ют на­ри­со­вать образ воз­люб­лен­ной поэта. Оче­вид­но, что лю­бовь ли­ри­че­ско­го героя от­нюдь не без­мя­теж­на и ра­дост­на  — она при­но­сит стра­да­ния и разо­ча­ро­ва­ния. Од­на­ко герой всё же счаст­лив, что эта лю­бовь слу­чи­лась, по­то­му что она  — вос­по­ми­на­ние о юно­сти, без­воз­врат­но ушед­шей,  — поэт на­зы­ва­ет её «по­гиб­шей». Таким об­ра­зом, эпи­те­ты в сти­хо­тво­ре­нии Не­кра­со­ва со­зда­ют опре­де­лен­ный эмо­ци­о­наль­ный фон  — груст­ное раз­мыш­ле­ние о не­со­вер­шен­стве бытия.

Мотив ушед­шей любви зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Тют­че­ва «Я встре­тил Вас...». Ли­ри­че­ский герой на­хо­дит­ся во вла­сти позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Оно за­хва­ти­ло героя це­ли­ком, без остат­ка  — жизнь стала «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка:

Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Н. А. Не­кра­со­ва «О пись­ма жен­щи­ны, нам милой!» ис­пы­ты­ва­ет про­ти­во­ре­чи­вые чув­ства. Он не ре­ша­ет­ся сжечь пись­ма, по­лу­чен­ные от обо­жа­е­мой жен­щи­ны, при этом по­ни­мая, «что прав­ды в них и проку мало». Од­на­ко по­сла­ния яв­ля­ют­ся сим­во­лом пре­крас­но­го про­шло­го, вы­сту­па­ют в роли «по­блек­ших цве­тов с мо­ги­лы по­гиб­шей юно­сти». Лю­бовь пре­крас­на, хоть от неё и оста­лись лишь вос­по­ми­на­ния.

Имен­но лю­бовь на­пол­ня­ет смыс­лом, внут­рен­ним го­ре­ни­ем, за­став­ля­ет со­дро­гать­ся че­ло­ве­че­ское серд­це, спо­соб­ству­ет взле­ту ра­зу­ма и опу­сто­ше­нию после раз­лу­ки  — об этом пи­са­ли Тют­чев и Не­кра­сов.

Ямб  — дву­слож­ная стопа с уда­ре­ни­ем на вто­ром и по­сле­ду­ю­щих чет­ных сло­гах, т. е. 2, 4, 6, 8, 10 и т. д.

О пИсь/-ма жЕн-/щи-ны/, нам мИ-/лой!

1--2------3---4-----5---6----7----8---9-

От вАс/ вос-тОр-/гам нет чИс-/ла

1---2-----3---4----5----6----7----8

Ответ: ямб.

Сти­хо­тво­ре­ние «О пись­ма жен­щи­ны, нам милой» на­пи­сан­ное в 1852 году, по­свя­ще­но А. Я. Па­на­е­вой. Ли­ри­че­ский герой не ре­ша­ет­ся сжечь пись­ма, по­лу­чен­ные от обо­жа­е­мой жен­щи­ны. При этом он по­ни­ма­ет, «что прав­ды в них и проку мало», срав­ни­вая по­сла­ния с празд­ным дет­ским ле­пе­том. По­че­му же герой не в силах из­ба­вить­ся от писем? По­че­му по-преж­не­му бе­реж­но хра­нит их в порт­фе­ле? Ответ прост  — они слу­жат на­по­ми­на­ни­ем о пре­крас­ном про­шлом, вы­сту­па­ют в роли «по­блек­ших цве­тов с мо­ги­лы по­гиб­шей юно­сти». Вот по­че­му чув­ства ли­ри­че­ско­го героя столь про­ти­во­ре­чи­вы.

Мотив ушед­шей любви зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Тют­че­ва «Я встре­тил Вас…». Ли­ри­че­ский герой на­хо­дит­ся во вла­сти позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Оно за­хва­ти­ло героя це­ли­ком, без остат­ка  — жизнь стала «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка:

Я встре­тил вас  — и все былое

В от­жив­шем серд­це ожило;

Я вспом­нил время зо­ло­тое  —

И серд­цу стало так тепло...

Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Н. А. Не­кра­со­ва «О пись­ма жен­щи­ны, нам милой!» ис­пы­ты­ва­ет про­ти­во­ре­чи­вые чув­ства. Он не ре­ша­ет­ся сжечь пись­ма, по­лу­чен­ные от обо­жа­е­мой жен­щи­ны, при этом по­ни­мая, «что прав­ды в них и проку мало». Од­на­ко по­сла­ния яв­ля­ют­ся сим­во­лом пре­крас­но­го про­шло­го, вы­сту­па­ют в роли «по­блек­ших цве­тов с мо­ги­лы по­гиб­шей юно­сти». Лю­бовь пре­крас­на, хоть от неё и оста­лись лишь вос­по­ми­на­ния.

Имен­но лю­бовь на­пол­ня­ет смыс­лом, внут­рен­ним го­ре­ни­ем, за­став­ля­ет со­дро­гать­ся че­ло­ве­че­ское серд­це, спо­соб­ству­ет взле­ту ра­зу­ма и опу­сто­ше­нию после раз­лу­ки – об этом пи­са­ли Тют­чев и Не­кра­сов.