Ре­а­лизм  — от ла­тин­ско­го realis  — ве­ще­ствен­ный. Ос­нов­ной чер­той ре­а­лиз­ма при­ня­то счи­тать прав­ди­вое изоб­ра­же­ние дей­стви­тель­но­сти. Опре­де­ле­ние, дан­ное Ф. Эн­гель­сом: «...ре­а­лизм пред­по­ла­га­ет, по­ми­мо прав­ди­во­сти де­та­лей, прав­ди­вое вос­про­из­ве­де­ние ти­пич­ных ха­рак­те­ров в ти­пич­ных об­сто­я­тель­ствах».

Ответ: ре­а­лизм.

Опи­са­ние при­ро­ды  — пей­заж.

Ответ: пей­заж.

Уста­но­вим со­от­вет­ствия:

А)  Вла­ди­мир Лен­ский  — 2) Ольга Ла­ри­на;

Б)  Пётр Гринёв  — 4) Мария Ми­ро­но­ва;

В)  Ев­ге­ний (герой поэмы «Мед­ный всад­ник»)  — 1) Па­ра­ша.

Ответ: 241.

По­сле­до­ва­тель­ность со­бы­тий в ху­до­же­ствен­ном про­из­ве­де­ние на­зы­ва­ет­ся сю­же­том.

Ответ: сюжет.

Ев­ге­ний пе­ре­жил одно из раз­ру­ши­тель­ных на­вод­не­ний в Санкт-Пе­тер­бур­ге. Сам он остал­ся жив, но его лю­би­мая Па­ра­ша по­гиб­ла. Ев­ге­ний при­ез­жа­ет на место, где не­ко­гда стоял дом Па­ра­ши, и не на­хо­дит там ни­че­го, кроме сле­дов безум­но­го раз­гу­ла сти­хии. Всё уви­ден­ное глу­бо­ко по­тряс­ло героя - он сошёл с ума:

И, полон су­мрач­ной за­бо­ты,

Всё ходит, ходит он кру­гом,

Тол­ку­ет гром­ко сам с собою –

И вдруг, ударя в лоб рукою,

За­хо­хо­тал.

Дра­ма­тизм опи­сан­ной си­ту­а­ции в том, что че­ло­век ока­зы­ва­ет­ся бес­си­лен про­тив при­ро­ды и не все­гда может пе­ре­жить ис­пы­та­ния, вы­па­да­ю­щие на его долю.

В про­из­ве­де­ни­ях рус­ской клас­си­ки не­ред­ко можно встре­тить сцены раз­гу­ла при­род­ной сти­хии. Рус­ские пи­са­те­ли за­ду­мы­ва­лись над во­про­сом о род­ствен­но­сти и враж­деб­но­сти яв­ле­ний при­ро­ды че­ло­ве­че­ской душе, о том, есть ли в при­ро­де ра­зум­ное на­ча­ло или она бес­смыс­лен­на в своем гроз­ном мо­гу­ще­стве, свя­за­ны ли каким-ни­будь об­ра­зом при­род­ные сти­хии пред­ска­за­ни­я­ми и предо­сте­ре­же­ни­я­ми че­ло­ве­ку о пред­сто­я­щих по­во­ро­тах его судь­бы.

В поэму А. С. Пуш­ки­на «Мед­ный всад­ник» раз­ру­ши­тель­ное на­вод­не­ние стало по­во­рот­ным мо­мен­том в судь­бе Ев­ге­ния. Герой об­ви­ня­ет Петра I в том, что тот вторг­ся в мир при­ро­ды и на­ру­шил гар­мо­нию. Но на это втор­же­ние сти­хия от­ве­ти­ла: за­клю­чен­ная в гра­нит Нева вышла из бе­ре­гов и за­то­пи­ла город, неся ги­бель всему жи­во­му:

Вид ужас­ный!

Всё перед ним за­ва­ле­но;

Что сбро­ше­но, что сне­се­но;

Скри­ви­лись до­ми­ки, дру­гие

Со­всем об­ру­ши­лись, иные

Вол­на­ми сдви­ну­ты; кру­гом,

Как будто в поле бо­е­вом,

Тела ва­ля­ют­ся.

Сти­хия при­ро­ды также со­звуч­на и душе А. Блока. Она пе­ре­да­на в поэме «Две­на­дцать» мно­же­ством об­ра­зов: ветер, снег, вьюга и пурга:

Чер­ный вечер.

Белый снег.

Ветер, ветер!

На ногах не стоит че­ло­век.

Ветер, ветер  —

На всем бо­жьем свете!

В этом раз­гу­ле сти­хий, сквозь вой ветра и пурги А. Блок услы­шал му­зы­ку ре­во­лю­ции. Дра­ма­тизм си­ту­а­ции для че­ло­ве­ка, ока­зав­ше­го­ся перед сти­хи­ей, в том, что он бес­си­лен про­тив при­ро­ды и не все­гда может пе­ре­жить ис­пы­та­ния, вы­па­да­ю­щие на его долю. В этом общ­ность под­хо­дов в рас­кры­тии темы в пуш­кин­ском «Мед­ном всад­ни­ке» и поэме А. Блока «Две­на­дцать».

При­ведённый от­ры­вок за­ни­ма­ет важ­ное место в раз­ви­тии дей­ствия поэмы. После опи­сан­ных со­бы­тий Ев­ге­ний бро­са­ет вызов Мед­но­му всад­ни­ку  — на­сту­па­ет куль­ми­на­ция. На­пи­са­на поэма лю­би­мым сти­хо­твор­ным раз­ме­ром Пуш­ки­на  — ямбом.

Ответ: куль­ми­на­ция­ям­бом.

В про­из­ве­де­ни­ях рус­ской клас­си­ки не­ред­ко можно встре­тить сцены раз­гу­ла при­род­ной сти­хии. Рус­ские пи­са­те­ли за­ду­мы­ва­лись над во­про­сом о род­ствен­но­сти и враж­деб­но­сти яв­ле­ний при­ро­ды че­ло­ве­че­ской душе, о том, есть ли в при­ро­де ра­зум­ное на­ча­ло или она бес­смыс­лен­на в своем гроз­ном мо­гу­ще­стве, свя­за­ны ли каким-ни­будь об­ра­зом при­род­ные сти­хии пред­ска­за­ни­я­ми и предо­сте­ре­же­ни­я­ми че­ло­ве­ку о пред­сто­я­щих по­во­ро­тах его судь­бы.

В поэму А. С. Пуш­ки­на «Мед­ный всад­ник» раз­ру­ши­тель­ное на­вод­не­ние стало по­во­рот­ным мо­мен­том в судь­бе Ев­ге­ния. Герой об­ви­ня­ет Петра I в том, что тот вторг­ся в мир при­ро­ды и на­ру­шил гар­мо­нию. Но на это втор­же­ние сти­хия от­ве­ти­ла: за­клю­чен­ная в гра­нит Нева вышла из бе­ре­гов и за­то­пи­ла город, неся ги­бель всему жи­во­му:

Вид ужас­ный!

Всё перед ним за­ва­ле­но;

Что сбро­ше­но, что сне­се­но;

Скри­ви­лись до­ми­ки, дру­гие

Со­всем об­ру­ши­лись, иные

Вол­на­ми сдви­ну­ты; кру­гом,

Как будто в поле бо­е­вом,

Тела ва­ля­ют­ся.

Сти­хия при­ро­ды также со­звуч­на и душе А. Блока. Она пе­ре­да­на в поэме «Две­на­дцать» мно­же­ством об­ра­зов: ветер, снег, вьюга и пурга:

Чер­ный вечер.

Белый снег.

Ветер, ветер!

На ногах не стоит че­ло­век.

Ветер, ветер  —

На всем бо­жьем свете!

В этом раз­гу­ле сти­хий, сквозь вой ветра и пурги А. Блок услы­шал му­зы­ку ре­во­лю­ции. Дра­ма­тизм си­ту­а­ции для че­ло­ве­ка, ока­зав­ше­го­ся перед сти­хи­ей, в том, что он бес­си­лен про­тив при­ро­ды и не все­гда может пе­ре­жить ис­пы­та­ния, вы­па­да­ю­щие на его долю. В этом общ­ность под­хо­дов в рас­кры­тии темы в пуш­кин­ском «Мед­ном всад­ни­ке» и поэме А. Блока «Две­на­дцать».

5.1. Ев­ге­ний пе­ре­жил одно из раз­ру­ши­тель­ных на­вод­не­ний в Санкт-Пе­тер­бур­ге. Сам он остал­ся жив, но его лю­би­мая Па­ра­ша по­гиб­ла. Ев­ге­ний при­ез­жа­ет на место, где не­ко­гда стоял дом Па­ра­ши, и не на­хо­дит там ни­че­го, кроме сле­дов безум­но­го раз­гу­ла сти­хии. Всё уви­ден­ное глу­бо­ко по­тряс­ло героя  — он сошёл с ума:

И, полон су­мрач­ной за­бо­ты,

Всё ходит, ходит он кру­гом,

Тол­ку­ет гром­ко сам с собою  —

И вдруг, ударя в лоб рукою,

За­хо­хо­тал.

Дра­ма­тизм опи­сан­ной си­ту­а­ции в том, что че­ло­век ока­зы­ва­ет­ся бес­си­лен про­тив при­ро­ды и не все­гда может пе­ре­жить ис­пы­та­ния, вы­па­да­ю­щие на его долю.

5.2. В при­ведённой сцене «про­ти­во­сто­я­ние двух начал», о ко­то­ром го­во­рит Ме­реж­ков­ский, про­сле­жи­ва­ет­ся в пол­ной мере. «Вода сбыла» и Ев­ге­ний видит раз­ру­ху и смерть. Че­ло­век не может про­ти­во­сто­ять сти­хии. Ев­ге­ний не может из­ме­нить то, что слу­чи­лось: лю­би­мую не вос­кре­сить. Два на­ча­ла: че­ло­век и при­ро­да  — на­хо­дят­ся в про­ти­во­бор­стве, и по­бе­ди­тель в нём да­ле­ко не че­ло­век. При­ро­де не­воз­мож­но про­ти­во­сто­ять, но вот дру­го­му че­ло­ве­ку че­ло­век про­ти­во­сто­ять может. Ев­ге­ний бро­са­ет вызов Петру в об­ра­зе Мед­но­го всад­ни­ка, по­то­му что это он по­стро­ил город, обречённый быть под уда­ром сти­хии.