Во вто­рой стро­фе сти­хо­тво­ре­ния для со­зда­ния ху­до­же­ствен­но­го об­ра­за ис­поль­зу­ет­ся оли­це­тво­ре­ние, а в чет­вер­той  — срав­не­ние.

Ответ: оли­це­тво­ре­ни­е­срав­не­ние.

Образ че­ло­ве­ка, ко­то­рый го­во­рит о себе «Я» в ли­ри­че­ском сти­хо­тво­ре­нии, обо­зна­ча­ет­ся тер­ми­ном «ли­ри­че­ский герой».

Ответ: ли­ри­че­ский герой.

В тре­тьей стро­фе сти­хо­тво­ре­ния ис­поль­зу­ют­ся сле­ду­ю­щие ху­до­же­ствен­ные сред­ства:

1)  по­втор: жила  — жила, мало  — мало (при­ме­ры лек­си­че­ско­го по­вто­ра);

2)  зву­ко­пись: по­вто­ря­ют­ся звуки О, Ж, Ч;

3)  ин­вер­сия  — не­при­выч­ный по­ря­док слов в пред­ло­же­нии:

Ан­ти­те­за: тре­вож­на и свет­ла.

Ответ: 1236.

1.  Лю­бовь мно­го­ли­ка: она может быть со­зи­да­ю­щей, может раз­ру­шать, спо­соб­на вос­кре­сить из пепла и ра­нить в самое серд­це. В сти­хо­тво­ре­нии А. Тар­ков­ско­го зву­чит тре­во­га  — ли­ри­че­ский герой во вла­сти смут­ных пред­чув­ствий:

Лю­бовь в вос­при­я­тии ли­ри­че­ско­го героя Тар­ков­ско­го  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка.

2.  Образ дождя  — образ гру­сти, при­бли­жа­ю­щих­ся не­яс­ных пе­ре­мен. Не­слу­чай­но капли дождя срав­ни­ва­ют­ся по­этом со сле­за­ми на лице воз­люб­лен­ной. Это тоже пред­вест­ник чего-⁠то не­хо­ро­ше­го, смут­но пред­чув­ству­е­мо­го, но ещё не раз­ли­чи­мо­го:

Таким об­ра­зом, дождь ста­но­вит­ся для ли­ри­че­ско­го героя свое­об­раз­ным сим­во­лом.

Сти­хо­тво­ре­ние А. Тар­ков­ско­го можно со­по­ста­вить со сти­ха­ми Ф. И. Тют­че­ва, для ко­то­ро­го при­ро­да  — это тоже от­ра­же­ние внут­рен­ней жизни че­ло­ве­ка, его мыс­лей и чувств. Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Ф. И. Тют­че­ва «Я встре­тил Вас...» на­хо­дит­ся под вла­стью позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью»:

Чув­ство за­хва­ти­ло ли­ри­че­ско­го героя це­ли­ком, без остат­ка, он под­чер­ки­ва­ет, что жизнь стала какой-⁠то не­ре­аль­ной: «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка.

И у Тар­ков­ско­го, и у Тют­че­ва их лю­бов­ные пе­ре­жи­ва­ния на­пол­не­ны гру­стью  — всюду пред­чув­ствие не­из­беж­но­сти гря­ду­щих стра­да­ний и хруп­ко­сти сча­стья.

То бЫ-|ли кАп-|ли дож-|де-вЫ|-е,

--1--2----3---4----5---6------7---8--9

ЛетЯ-|щи-е| из свЕ-|та в тЕнь.|

--1-2----3--4--5----6---7-----8---

Ямб  — это дву­слож­ный сти­хо­твор­ный раз­мер с уда­ре­ни­ем на 2-м слоге, а в стро­ке  — на 2, 4, 6, 8 и т. д. сло­гах.

Ответ: ямб.

Образ дождя - образ гру­сти, при­бли­жа­ю­щих­ся не­яс­ных пе­ре­мен. Не­слу­чай­но капли дождя срав­ни­ва­ют­ся по­этом со сле­за­ми на лице воз­люб­лен­ной. Это тоже пред­вест­ник чего-то не­хо­ро­ше­го, смут­но пред­чув­ству­е­мо­го, но ещё не раз­ли­чи­мо­го.

Кар­ти­ны при­ро­ды при­сут­ству­ют во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях оте­че­ствен­ной лю­бов­ной ли­ри­ки. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Афа­на­сия Афа­на­сье­ви­ча Фета «Шепот, роб­кое ды­ха­нье». Чув­ства ли­ри­че­ско­го героя не­раз­рыв­но свя­за­ны с окру­жа­ю­щим его миром. Пре­крас­ные черты воз­люб­лен­ной пе­ре­пле­та­ют­ся с об­ра­за­ми при­ро­ды, в ко­то­рых пе­ре­да­но при­под­ня­тое на­стро­е­ние героя:

Шёпот, роб­кое ды­ха­нье,

Трели со­ло­вья,

<…>

Ряд вол­шеб­ных из­ме­не­ний

Ми­ло­го лица…

В сти­хо­тво­ре­нии Тар­ков­ско­го кар­ти­ны при­ро­ды тоже не­раз­рыв­ны с чув­ства­ми героя. Их опи­са­ние со­про­вож­да­ет про­ис­хо­дя­щие между влюб­лен­ны­ми со­бы­тия. Чи­та­тель слы­шит тре­во­гу  — ли­ри­че­ский герой во вла­сти смут­ных пред­чув­ствий:

Как слёзы, капли дож­де­вые

Све­ти­лись на лице твоём,

А я ещё не знал, какие

Безум­ства мы пе­ре­живём.

Страх за судь­бу лю­би­мой омра­ча­ет чув­ство:

И как ты ни жила, но мало,

Так мало на земле жила.

Лю­бовь в вос­при­я­тии ли­ри­че­ско­го героя Тар­ков­ско­го  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка.

И в сти­хо­тво­ре­нии Тар­ков­ско­го, и в сти­хо­тво­ре­нии Фета изоб­ра­же­ние лю­бов­ных пе­ре­жи­ва­ний ли­ри­че­ских ге­ро­ев по­ка­за­но на фоне пей­заж­ных за­ри­со­вок, при­ро­да под стать на­стро­е­ни­ям ге­ро­ев.