5.1. Иро­ния   — это са­ти­ри­че­ский приём, в ко­то­ром ис­тин­ный смысл скрыт или про­ти­во­ре­чит (про­ти­во­по­став­ля­ет­ся) яв­но­му смыс­лу. Иро­ния часто ис­поль­зу­ет­ся в ху­до­же­ствен­ной ли­те­ра­ту­ре в виде слов и сло­во­со­че­та­ний с по­ло­жи­тель­ным зна­че­ни­ем для от­ри­ца­тель­ной ха­рак­те­ри­сти­ки че­ло­ве­ка, для со­зда­ния са­ти­ри­че­ско­го об­ра­за. Так про­ис­хо­дит и в при­ведённом от­рыв­ке «Мёртвых душ» Н. В. Го­го­ля.

С по­мо­щью не­зна­чи­тель­ных, на пер­вый взгляд, иро­нич­ных де­та­лей создаётся образ пред­при­им­чи­во­го дель­ца Чи­чи­ко­ва: «При­ез­жий наш гость также спо­рил, но как-то чрез­вы­чай­но ис­кус­но, так что все ви­де­ли, что он спо­рил, а между тем при­ят­но спо­рил». В этом весь герой: ему важно про­из­ве­сти впе­чат­ле­ние, на­стро­ить всех на нуж­ный ему лад.

Иро­ния скво­зит и в опи­са­нии свет­ско­го ве­че­ра: со­брав­ши­е­ся с рве­ни­ем иг­ра­ют в карты, сры­ва­ют­ся на крик, сту­чат ку­ла­ком об стол  — та­ко­вы ма­не­ры свет­ско­го об­ще­ства уезд­но­го го­род­ка, в ко­то­ром ока­зал­ся Чи­чи­ков. Так, крат­кие, но мет­кие иро­нич­ные де­та­ли под­ска­зы­ва­ют нам, что у Павла Ива­но­ви­ча в этом го­ро­де всё по­лу­чит­ся: он смо­жет про­вер­нуть здесь свои гряз­ные де­лиш­ки. С по­мо­щью иро­нии пи­са­тель за­ост­ря­ет вни­ма­ние чи­та­те­ля на ос­нов­ных чер­тах своих ге­ро­ев, опо­сре­до­ван­но пе­ре­да­ет ав­тор­ское от­но­ше­ние к пер­со­на­жам сво­е­го про­из­ве­де­ния.

5.2. Павел Ива­но­вич Чи­чи­ков при­ез­жа­ет в уезд­ный город, пре­сле­дуя цель ку­пить мёртвые души. Сдел­ка, ко­то­рую он будет пред­ла­гать по­ме­щи­кам и чи­нов­ни­кам, явно стран­ная, про­ти­во­за­кон­ная да и не под­да­ю­ща­я­ся по­ни­ма­нию с точки зре­ния здра­во­го смыс­ла и мо­ра­ли. Как про­вер­нуть такую сдел­ку? Это про­бле­ма, но не для глав­но­го героя «Мёртвых душ». У него есть цель, и он не видит пре­пят­ствий.

Павел Ива­но­вич хитёр, не лишён жи­тей­ской муд­ро­сти, он хо­ро­ший пси­хо­лог. Глав­ный герой Го­го­ля «про­щу­пы­ва­ет» каж­до­го, с кем ему при­дет­ся вза­и­мо­дей­ство­вать. Рядом с раз­ны­ми лю­дь­ми он раз­ный. Слов­но при­ме­ряя на себя чужие роли, Чи­чи­ков ста­но­вит­ся тем, кем хотят его ви­деть. С Ма­ни­ло­вым, на­при­мер, он сама лю­без­ность: «Чи­чи­ков с весь­ма веж­ли­вым на­кло­не­ни­ем го­ло­вы и ис­крен­ним по­жа­ти­ем руки от­ве­чал, что он не толь­ко с боль­шою охо­тою готов это ис­пол­нить, но даже почтёт за свя­щен­ней­ший долг». В этих ма­не­рах Чи­чи­ко­ва узнаётся сам Ма­ни­лов. С чи­нов­ни­ка­ми и по­ме­щи­ка­ми он пре­ду­пре­ди­те­лен, за­ис­ки­ва­ю­ще веж­лив, хотя и не вы­би­ва­ет­ся из общей си­ту­а­ции: «При­ез­жий наш гость также спо­рил, но как-то чрез­вы­чай­но ис­кус­но, так что все ви­де­ли, что он спо­рил, а между тем при­ят­но спо­рил». В этом весь герой: ему важно про­из­ве­сти впе­чат­ле­ние, на­стро­ить всех на нуж­ный ему лад.

Таким об­ра­зом, при­ведённый фраг­мент тек­ста поэму под­твер­жда­ет, что Чи­чи­ков чётко опре­де­лил для себя стра­те­гию по­ве­де­ния, ко­то­рая поз­во­лит ему до­бить­ся же­ла­е­мо­го ре­зуль­та­та.