Эле­гия (др.-⁠греч. ἐλεγεία)  — жанр ли­ри­че­ско­го рода ли­те­ра­ту­ры; в ран­ней ан­тич­ной по­э­зии  — сти­хо­тво­ре­ние, на­пи­сан­ное эле­ги­че­ским ди­сти­хом, не­за­ви­си­мо от со­дер­жа­ния; позд­нее (Кал­ли­мах, Ови­дий)  — сти­хо­тво­ре­ние с ха­рак­те­ром за­дум­чи­вой гру­сти.

Ответ: эле­гия.

Срав­не­ние  — это со­по­став­ле­ние двух пред­ме­тов или яв­ле­ний, об­ла­да­ю­щих общим при­зна­ком, для по­яс­не­ния од­но­го дру­гим. Срав­не­ние со­сто­ит из двух ча­стей, ко­то­рые со­еди­ня­ют­ся чаще всего по­сред­ством со­ю­зов. При­мер срав­не­ния в сти­хо­тво­ре­нии:

Эпи­тет  — об­раз­ное опре­де­ле­ние. При­ме­ры: «спо­кой­ные тени», «свет­лая пе­чаль» и др.

Ин­вер­сия  — не­обыч­ный по­ря­док слов в пред­ло­же­нии. При­ме­ры: «Спо­кой­ные кру­гом ло­жат­ся тени», «Не встре­пенётся ветер у пруда».

По­втор  — фи­гу­ра речи, ос­но­ван­ная на по­вто­ре­нии в пре­де­лах од­но­го вы­ска­зы­ва­ния слов, фраг­мен­тов фразы или ее струк­ту­ры. Син­так­си­че­ский по­втор ос­но­ван на прин­ци­пе па­рал­ле­лиз­ма:

И тихо так, как будто ни­ко­гда

При­ро­да здесь не знала по­тря­се­ний![...]

И тихо так, как будто ни­ко­гда

Здесь крыши сёл не слы­хи­ва­ли грома!

Ответ: 2357.

1.  Ро­ди­на для Руб­цо­ва  — приют в ми­ну­ты горя и бурь, в ми­ну­ты ду­шев­но­го не­спо­кой­ствия и со­ци­аль­ных по­тря­се­ний. Толь­ко здесь можно ощу­щать себя в без­опас­но­сти, сюда стре­мит­ся душа:

Здесь все род­ное, зна­ко­мое, самое до­ро­гое. Поэт умеет до­ро­жить и кри­ком ко­ро­сте­ля, и не­по­вто­ри­мым лун­ным све­том, и вы­со­ким дубом  — всем тем, что узна­ва­е­мо все­гда, что живет в че­ло­ве­ке, по-на­сто­я­ще­му лю­бя­ще­го свою Ро­ди­ну.

2.  Ком­по­зи­ци­он­но сти­хо­тво­ре­ние Н. Руб­цо­ва «Ночь на Ро­ди­не» со­сто­ит из двух ча­стей. В пер­вой ли­ри­че­ский герой опи­сы­ва­ет уми­ро­тво­рен­ные окрест­но­сти, во вто­рой  — со­сто­я­ние своей души. При­ро­да и че­ло­век вза­и­мо­свя­за­ны. Их со­сто­я­ния под стать друг другу.

За­ча­ро­ван­ный пей­заж, давно за­быв­ший, что есть на свете по­тря­се­ния, бури: не слы­хи­ва­ли, не встре­пе­нет­ся, не за­шур­шит, не тро­га­ет, не жаль. «Вер­нул­ся я,  — былое не вер­нет­ся!»: в одну реку нель­зя войти два­жды. Все стало слож­нее, му­чи­тель­нее. На­еди­не со сво­и­ми мыс­ля­ми, как гость, но все же свой и ста­ро­му зна­ко­мо­му «вы­со­ко­му дубу», до­ми­кам, глу­бо­ко­му пруду.

Так ком­по­зи­ция сти­хо­тво­ре­ния по­мо­га­ет рас­крыть его идей­ный за­мы­сел.

Тема ро­ди­ны зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях оте­че­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча Есе­ни­на «Гой ты, Русь, моя род­ная». Оно про­ник­ну­то теп­лом и бес­ко­неч­ной лю­бо­вью к ро­ди­не. Ли­ри­че­ский герой, как и герой сти­хо­тво­ре­ния Руб­цо­ва, под­ме­ча­ет мель­чай­шие де­та­ли пей­за­жа и быта во­круг:

В сти­хо­тво­ре­нии «Ночь на Ро­ди­не» Н. Руб­цо­ва Ро­ди­на  — это приют в ми­ну­ты горя, со­ци­аль­ных по­тря­се­ний и ка­та­клиз­мов, здесь, в род­ном угол­ке, от­вле­ка­ешь­ся от суеты мира и чув­ству­ешь себя за­щи­щен­ным. Ро­ди­на для Руб­цо­ва  — это зна­ко­мый с дет­ства дуб, и пруд, и лун­ный свет.

И у Есе­ни­на, и у Руб­цо­ва Ро­ди­на  — это не от­вле­чен­ное по­ня­тие, а очень род­ное, зна­ко­мое с дет­ства и очень лич­ное.

Вы-сО/-кий дУб/. Глу-бО/-ка-я/ во-дА/.

-1---2----3----4------5---6----7-8--9---10

Спо-кОй/-ны-е/ кру-гОм/ ло-жАт/-ся тЕ/-ни

---1---2-----3--4----5---6----7---8-----9--10--11

Ямб  — дву­слож­ная стопа с уда­ре­ни­ем на вто­ром и по­сле­ду­ю­щих чет­ных сло­гах, т. е. 2, 4, 6, 8, 10 и т. д.

Ответ: ямб.

Ро­ди­на для Руб­цо­ва  — приют в ми­ну­ты горя и бурь, в ми­ну­ты ду­шев­но­го не­спо­кой­ствия и со­ци­аль­ных по­тря­се­ний. Толь­ко здесь можно ощу­щать себя в без­опас­но­сти, сюда стре­мит­ся душа:

И тихо так, как будто ни­ко­гда

Уже не будет в жизни по­тря­се­ний...

Здесь все род­ное, зна­ко­мое, самое до­ро­гое. Поэт умеет до­ро­жить и кри­ком ко­ро­сте­ля, и не­по­вто­ри­мым лун­ным све­том, и вы­со­ким дубом  — всем тем, что узна­ва­е­мо все­гда, что живет в че­ло­ве­ке, по-на­сто­я­ще­му лю­бя­ще­го свою Ро­ди­ну.

Тема ро­ди­ны зву­чит во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях оте­че­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча Есе­ни­на «Гой ты, Русь, моя род­ная». Оно про­ник­ну­то теп­лом и бес­ко­неч­ной лю­бо­вью к ро­ди­не. Ли­ри­че­ский герой, как и герой сти­хо­тво­ре­ния Руб­цо­ва, под­ме­ча­ет мель­чай­шие де­та­ли пей­за­жа и быта во­круг:

Гой ты, Русь, моя род­ная,

Хаты  — в ризах об­ра­за.

Не ви­дать конца и края  —

Толь­ко синь сосет глаза.

В сти­хо­тво­ре­нии «Ночь на Ро­ди­не» Н. Руб­цо­ва Ро­ди­на  — это приют в ми­ну­ты горя, со­ци­аль­ных по­тря­се­ний и ка­та­клиз­мов, здесь, в род­ном угол­ке, от­вле­ка­ешь­ся от суеты мира и чув­ству­ешь себя за­щи­щен­ным. Ро­ди­на для Руб­цо­ва  — это зна­ко­мый с дет­ства дуб, и пруд, и лун­ный свет.

И у Есе­ни­на, и у Руб­цо­ва Ро­ди­на  — это не от­вле­чен­ное по­ня­тие, а очень род­ное, зна­ко­мое с дет­ства и очень лич­ное.