Каж­дая строч­ка сти­хо­тво­ре­ния С. Есе­ни­на на­пол­не­на лич­ны­ми пе­ре­жи­ва­ни­я­ми, про­ник­ну­ты­ми на­стро­е­ни­ем гру­сти о без­воз­врат­но ушед­шей мо­ло­до­сти. Имен­но это поз­во­ля­ет опре­де­лить жан­ро­вую раз­но­вид­ность сти­хо­тво­ре­ния как эле­гию и от­не­сти его к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке.

Ответ: эле­гию фи­ло­соф­ской.

Прием «оче­ло­ве­чи­ва­ния» не­оду­шев­лен­ных пред­ме­тов на­зы­ва­ет­ся оли­це­тво­ре­ние. Дадим опре­де­ле­ние.

Оли­це­тво­ре­ние  — это один из приёмов ху­до­же­ствен­но­го изоб­ра­же­ния, со­сто­я­щий в том, что жи­вот­ные, не­оду­шевлённые пред­ме­ты, яв­ле­ния при­ро­ды на­де­ля­ют­ся че­ло­ве­че­ски­ми спо­соб­но­стя­ми и свой­ства­ми: даром речи, чув­ства­ми и мыс­ля­ми.

Ответ: оли­це­тво­ре­ние.

Оли­це­тво­ре­ние  — на­де­ле­ние не­жи­вых пред­ме­тов при­зна­ка­ми жи­во­го су­ще­ства:

Срав­не­ние  — со­по­став­ле­ние од­но­го пред­ме­та или яв­ле­ния с дру­гим: как пья­ный сто­рож

Эпи­тет  — об­раз­ное опре­де­ле­ние: клён «опав­ший, за­ле­де­не­лый».

Ответ: 125.

1.  Сти­хо­тво­ре­ние С. Есе­ни­на «Клён ты мой опав­ший...» по­свя­ще­но лю­би­мой теме поэта  — при­ро­де, ко­то­рая для него все­гда оста­ет­ся живой и оду­хо­тво­рен­ной. За­ча­стую образ род­ной при­ро­ды пе­ре­кли­ка­ет­ся с об­ра­зом Ро­ди­ны, ведь это не­раз­рыв­ные по­ня­тия. Так и в сти­хо­тво­ре­нии «Клён ты мой опав­ший...» автор не толь­ко об­ра­ща­ет­ся к клену, не толь­ко срав­ни­ва­ет себя с ним, со­жа­лея о рас­тра­чен­ной впу­стую жизни, но и де­ла­ет за­ри­сов­ки при­выч­ной рус­ской жизни: вот су­гроб, в ко­то­ром после по­си­де­лок за­стрял сто­рож, «там вон встре­тил вербу, там сосну при­ме­тил», а даль­ше берёзка  — сим­вол Рос­сии.

Образ сель­ской ро­ди­ны у Есе­ни­на окра­шен гру­стью, но в то же время ри­су­ет­ся с не­обык­но­вен­ным тре­пе­том и сы­нов­ней лю­бо­вью.

2.  Сер­гей Есе­нин один из наи­бо­лее ме­ло­дич­ных по­этов. Мно­гие его сти­хо­тво­ре­ния были пе­ре­ло­же­ны на му­зы­ку. Сти­хо­тво­ре­ние «Клён ты мой опав­ший...» осо­бен­ное по своей форме, оно со­сто­ит не из чет­ве­ро­сти­ший, а из дву­сти­ший. Оно по­свя­ще­но лю­би­мой теме поэта  — при­ро­де, ко­то­рая для него все­гда оста­ет­ся живой и оду­хо­тво­рен­ной.

Сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но хо­ре­ем, рифма пар­ная. Эмо­ци­о­наль­ность сти­хо­тво­ре­ния под­твер­жда­ет­ся вос­кли­ца­тель­ным меж­до­ме­ти­ем «ах». Также ис­поль­зу­ют­ся уста­рев­шие слова и про­сто­ре­чия: чтой-то, нынче, до дома. В сти­хо­тво­ре­нии много гла­го­лов и пе­ре­чис­ле­ний, что го­во­рит о по­вы­шен­ной ди­на­ми­ке со­бы­тий. Боль­шое ко­ли­че­ство де­е­при­част­ных обо­ро­тов: на­гнув­шись, выйдя на до­ро­гу, утра­тив скром­ность, оду­рев­ши в доску. Кроме скры­тых срав­не­ний в про­из­ве­де­нии есть и явное: как жену чужую. Ри­то­ри­че­ские во­про­сы к клену го­во­рят о край­ней сте­пе­ни по­те­рян­но­сти ли­ри­че­ско­го героя. Он пы­та­ет­ся по­нять, кто он, что сде­лал в этой жизни? Автор при­хо­дит к вы­во­ду о бес­по­лез­но­сти су­ще­ство­ва­ния, ведь он всю жизнь счи­тал себя «вовсю зе­ле­ным», а на самом деле он давно «опав­ший». Все эти сред­ства и по­мо­га­ют со­здать не­обык­но­вен­но вы­ра­зи­тель­ное, ме­ло­дич­ное про­из­ве­де­ние.

Вза­и­мо­от­но­ше­ния че­ло­ве­ка и при­ро­ды по­ка­за­ны во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­ри­ки. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Афа­на­сия Афа­на­сье­ви­ча Фета «Учись у них  — у дуба, у бе­ре­зы...» Автор вы­ра­жа­ет одну глав­ную мысль: че­ло­век в дей­стви­тель­но­сти не яв­ля­ет­ся вен­цом при­ро­ды. Ее мир широк и могуч. Как бы силь­но люди ни ста­ра­лись убе­дить себя в своем со­вер­шен­стве, у них это ни­ко­гда не по­лу­чит­ся. Фет пишет: «Учись у них  — у дуба, у бе­ре­зы», на­ме­кая на то, что каж­до­му из нас сле­ду­ет боль­ше при­слу­ши­вать­ся к при­ро­де и даже не пы­тать­ся быть силь­нее ее. Есе­нин тоже чув­ству­ет не­раз­рыв­ную связь с окру­жа­ю­щим миром: «Сам себе ка­зал­ся я таким же клёном…» Клен как бы ста­но­вит­ся от­ра­же­ни­ем его са­мо­го, верба и сосна  — со­бе­сед­ни­ца­ми в труд­ную ми­ну­ту: «Там вон встре­тил вербу, там сосну при­ме­тил...»

Оба ав­то­ра под­твер­жда­ют, что че­ло­век не спо­со­бен су­ще­ство­вать без при­ро­ды.

Это сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «хорей». Дадим опре­де­ле­ние.

Хорей  — двух­слож­ный сти­хо­твор­ный раз­мер, стопа ко­то­ро­го со­дер­жит дол­гий и сле­ду­ю­щий за ним крат­кий или удар­ный и сле­ду­ю­щий за ним без­удар­ный (в сил­ла­бо-то­ни­че­ском, в том числе клас­си­че­ском рус­ском, сти­хо­сло­же­нии) слоги.

Ответ: хорей.

Сер­гей Есе­нин один из наи­бо­лее ме­ло­дич­ных по­этов. Мно­гие его сти­хо­тво­ре­ния были пе­ре­ло­же­ны на му­зы­ку. Сти­хо­тво­ре­ние «Клён ты мой опав­ший…» осо­бен­ное по своей форме, оно со­сто­ит не из чет­ве­ро­сти­ший, а из дву­сти­ший. Оно по­свя­ще­но лю­би­мой теме поэта - при­ро­де, ко­то­рая для него все­гда оста­ет­ся живой и оду­хо­тво­рен­ной.

Сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но хо­ре­ем, рифма пар­ная. Эмо­ци­о­наль­ность сти­хо­тво­ре­ния под­твер­жда­ет­ся вос­кли­ца­тель­ным меж­до­ме­ти­ем ах. Также ис­поль­зу­ют­ся уста­рев­шие слова и про­сто­ре­чия: чтой-то, нынче, до дома. В сти­хо­тво­ре­нии много гла­го­лов и пе­ре­чис­ле­ний, что го­во­рит о по­вы­шен­ной ди­на­ми­ке со­бы­тий. Боль­шое ко­ли­че­ство де­е­при­част­ных обо­ро­тов: на­гнув­шись, выйдя на до­ро­гу, утра­тив скром­ность, оду­рев­ши в доску. Кроме скры­тых срав­не­ний в про­из­ве­де­нии есть и явное: как жену чужую. Ри­то­ри­че­ские во­про­сы к клену го­во­рят о край­ней сте­пе­ни по­те­рян­но­сти ли­ри­че­ско­го героя. Он пы­та­ет­ся по­нять, кто он, что сде­лал в этой жизни? Автор при­хо­дит к вы­во­ду о бес­по­лез­но­сти су­ще­ство­ва­ния, ведь он всю жизнь счи­тал себя «вовсю зе­ле­ным», а на самом деле он давно «опав­ший». Все эти сред­ства и по­мо­га­ют со­здать не­обык­но­вен­но вы­ра­зи­тель­ное, ме­ло­дич­ное про­из­ве­де­ние.

Вза­и­мо­от­но­ше­ния че­ло­ве­ка и при­ро­ды по­ка­за­ны во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­ри­ки. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Афа­на­сия Афа­на­сье­ви­ча Фета «Учись у них  — у дуба, у бе­ре­зы...» Автор вы­ра­жа­ет одну глав­ную мысль: че­ло­век в дей­стви­тель­но­сти не яв­ля­ет­ся вен­цом при­ро­ды. Ее мир широк и могуч. Как бы силь­но люди ни ста­ра­лись убе­дить себя в своем со­вер­шен­стве, у них это ни­ко­гда не по­лу­чит­ся. Фет пишет: «Учись у них  — у дуба, у бе­ре­зы», на­ме­кая на то, что каж­до­му из нас сле­ду­ет боль­ше при­слу­ши­вать­ся к при­ро­де и даже не пы­тать­ся быть силь­нее ее. Есе­нин тоже чув­ству­ет не­раз­рыв­ную связь с окру­жа­ю­щим миром: «Сам себе ка­зал­ся я таким же клёном…» Клен как бы ста­но­вит­ся от­ра­же­ни­ем его са­мо­го, верба и сосна  — со­бе­сед­ни­ца­ми в труд­ную ми­ну­ту: «Там вон встре­тил вербу, там сосну при­ме­тил..»

Оба ав­то­ра под­твер­жда­ют, что че­ло­век не спо­со­бен су­ще­ство­вать без при­ро­ды.

В сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Блока образ мглы яв­ля­ет­ся об­ра­зом-⁠сим­во­лом. Мгла пред­ве­ща­ет опас­ность, вновь на­вис­шую над Рос­си­ей. Од­на­ко поэт верит, что всё пре­одо­ли­мо. Не­слу­чай­но гря­ду­щие дни оха­рак­те­ри­зо­ва­ны ху­до­же­ствен­ны­ми опре­де­ле­ни­я­ми  — эпи­те­та­ми «вы­со­ких и мя­теж­ных».

Ответ: сим­во­лом эпи­те­та­ми.

А.  А. Блок яв­лял­ся пред­ста­ви­те­лем те­че­ния «сим­во­лизм».

Сим­во­лизм  — одно из круп­ней­ших на­прав­ле­ний в ис­кус­стве (в ли­те­ра­ту­ре, му­зы­ке и жи­во­пи­си), воз­ник­шее во Фран­ции в 1870–80-х гг. и до­стиг­шее наи­боль­ше­го раз­ви­тия на ру­бе­же XIX и XX веков, пре­жде всего в самой Фран­ции, Бель­гии и Рос­сии. Сим­во­ли­сты ра­ди­каль­но из­ме­ни­ли не толь­ко раз­лич­ные виды ис­кус­ства, но и само от­но­ше­ние к нему. Их экс­пе­ри­мен­та­тор­ский ха­рак­тер, стрем­ле­ние к но­ва­тор­ству, кос­мо­по­ли­тизм и об­шир­ный диа­па­зон вли­я­ний стали об­раз­цом для боль­шин­ства со­вре­мен­ных на­прав­ле­ний ис­кус­ства. Сим­во­ли­сты ис­поль­зо­ва­ли сим­во­лы, не­до­ска­зан­ность, на­ме­ки, та­ин­ствен­ность, за­га­доч­ность.

Ответ: сим­во­лизм.

Ме­та­фо­ра  — скры­тое срав­не­ние: «Взо­шла и рас­то­чи­лась мгла...»

Ин­вер­сия  — не­обыч­ный по­ря­док слов в пред­ло­же­нии:

Срав­не­ние  — со­по­став­ле­ние од­но­го пред­ме­та или яв­ле­ния с дру­гим: «слов­но об­ла­ком су­ро­вым».

Эпи­тет  — об­раз­ное опре­де­ле­ние: «день гря­ду­щий», «ти­ши­на не­про­буд­ная».

Си­нек­до­ха  — троп, ос­но­ван­ный на пе­ре­но­се зна­че­ния с од­но­го яв­ле­ния на дру­гое по при­зна­ку ко­ли­че­ствен­но­го от­но­ше­ния между ними: упо­треб­ле­ние на­зва­ния це­ло­го вме­сто на­зва­ния части или на­о­бо­рот: «До­спех тяжёл».

Ответ: 12456.

1.  Глав­ное со­бы­тие, ко­то­рое могло бы стать ве­ду­щей темой сти­хо­тво­ре­ния, Алек­сандр Блок не опи­сы­ва­ет, но его образ под­чи­ня­ет себе всё его со­дер­жа­ние. Это со­бы­тие ви­дит­ся и в зву­ча­нии темы, и в стрем­ле­нии ав­то­ра по­ка­зать его ве­ли­чие, под­черк­нуть его не­по­вто­ри­мый смысл. Образ пред­сто­я­щей битвы при­сут­ству­ет и в на­стро­е­нии ожи­да­ния, гроз­ном, тре­вож­ном и все­объ­ем­лю­щем. Опи­са­ние пред­гро­зо­вой «мглы» и «туч», пред­ве­ща­ю­щих при­род­ный ка­та­клизм («битву чуд­ную»), от­кры­ва­ет и за­вер­ша­ет сти­хо­тво­ре­ние.

Ку­ли­ков­ская битва оли­це­тво­ря­ет собой новый мощ­ный этап в ис­то­рии Руси, тот, с ко­то­ро­го может на­чать­ся её воз­рож­де­ние, её путь в бу­ду­щее,  — «на­ча­ло вы­со­ких и мя­теж­ных дней». И по­сле­ду­ю­щие по­ко­ле­ния, с их пат­ри­о­ти­че­ским на­стро­ем, с их не­увя­да­е­мой ис­то­ри­че­ской па­мя­тью, от­да­ют дань ува­же­ния ге­ро­ям, своим слав­ным пред­ше­ствен­ни­кам, от­сто­яв­шим ин­те­ре­сы Руси в те слав­ные, пусть и тра­ги­че­ские дни.

Всё это и даёт нам право от­не­сти сти­хо­тво­ре­ние к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке.

2.  В сти­хо­тво­ре­нии А. Блока «На поле Ку­ли­ко­вом» зву­чит тема пред­чув­ствия боль­ших пе­ре­мен для Рос­сии. Рас­кры­вая эту мысль, поэт при­бе­га­ет к срав­не­ни­ям. Ли­ри­че­ский герой пред­ви­дит тяжёлые вре­ме­на  — на это ука­зы­ва­ет срав­не­ние:

Не­из­беж­ность на­ступ­ле­ния тяжёлого вре­ме­ни под­твер­жда­ет и срав­не­ние «как перед боем»:

Таким об­ра­зом, с по­мо­щью срав­не­ния со­зда­ет­ся ху­до­же­ствен­ный образ, ра­бо­та­ю­щий на рас­кры­тие идей­но­го за­мыс­ла про­из­ве­де­ния.

Тема рус­ской ис­то­рии по­ка­за­на во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях оте­че­ствен­ной ли­ри­ки. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Ми­ха­и­ла Юрье­ви­ча Лер­мон­то­ва «Бо­ро­ди­но». В нем, как и в сти­хо­тво­ре­нии «На поле Ку­ли­ко­вом», чи­та­тель видит опи­са­ние во­ен­ных дей­ствий и поле битвы:

В обоих сти­хо­тво­ре­ни­ях на­стро­е­ние при­под­ня­тое, порой зву­чит мар­ше­вый строй. Од­на­ко за стро­ка­ми не­труд­но пред­ста­вить, сколь­ко боли при­ш­лось пе­ре­жить бой­цам на поле битвы, не все вер­ну­лись жи­вы­ми. Лер­мон­тов и Блок опи­сы­ва­ют ре­аль­но про­ис­хо­див­шие сра­же­ния, от­че­го серд­це сжи­ма­ет­ся еще силь­нее.

Дан­ное сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «ямб». Дадим опре­де­ле­ние.

Ямб  — это дву­слож­ный раз­мер, в ко­то­ром уда­ре­ние па­да­ет на 2-ой слог.

Ответ: ямб.

Глав­ное со­бы­тие, ко­то­рое могло бы стать ве­ду­щей темой сти­хо­тво­ре­ния, Алек­сандр Блок не опи­сы­ва­ет, но его образ под­чи­ня­ет себе всё его со­дер­жа­ние. Это со­бы­тие ви­дит­ся и в зву­ча­нии темы, и в стрем­ле­нии ав­то­ра по­ка­зать его ве­ли­чие, под­черк­нуть его не­по­вто­ри­мый смысл. Образ пред­сто­я­щей битвы при­сут­ству­ет и в на­стро­е­нии ожи­да­ния, гроз­ном, тре­вож­ном и все­объ­ем­лю­щем. Опи­са­ние пред­гро­зо­вой «мглы» и «туч», пред­ве­ща­ю­щих при­род­ный ка­та­клизм («битву чуд­ную»), от­кры­ва­ет и за­вер­ша­ет сти­хо­тво­ре­ние.

Ку­ли­ков­ская битва оли­це­тво­ря­ет собой новый мощ­ный этап в ис­то­рии Руси, тот, с ко­то­ро­го может на­чать­ся её воз­рож­де­ние, её путь в бу­ду­щее,  — «на­ча­ло вы­со­ких и мя­теж­ных дней». И по­сле­ду­ю­щие по­ко­ле­ния, с их пат­ри­о­ти­че­ским на­стро­ем, с их не­увя­да­е­мой ис­то­ри­че­ской па­мя­тью, от­да­ют дань ува­же­ния ге­ро­ям, своим слав­ным пред­ше­ствен­ни­кам, от­сто­яв­шим ин­те­ре­сы Руси в те слав­ные, пусть и тра­ги­че­ские дни.

Всё это и даёт нам право от­не­сти сти­хо­тво­ре­ние к фи­ло­соф­ской ли­ри­ке.

Тема рус­ской ис­то­рии по­ка­за­на во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях оте­че­ствен­ной ли­ри­ки. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Ми­ха­и­ла Юрье­ви­ча Лер­мон­то­ва «Бо­ро­ди­но». В нем, как и в сти­хо­тво­ре­нии «На поле Ку­ли­ко­вом», чи­та­тель видит опи­са­ние во­ен­ных дей­ствий и поле битвы:

Зву­чал булат, кар­течь виз­жа­ла,

Рука бой­цов ко­лоть уста­ла,

И ядрам про­ле­тать ме­ша­ла

Гора кро­ва­вых тел.

В обоих сти­хо­тво­ре­ни­ях на­стро­е­ние при­под­ня­тое, порой зву­чит мар­ше­вый строй. Од­на­ко за стро­ка­ми не­труд­но пред­ста­вить, сколь­ко боли при­ш­лось пе­ре­жить бой­цам на поле битвы, не все вер­ну­лись жи­вы­ми. Лер­мон­тов и Блок опи­сы­ва­ют ре­аль­но про­ис­хо­див­шие сра­же­ния, от чего серд­це сжи­ма­ет­ся еще силь­нее.

Ли­ри­ка  — это род ли­те­ра­ту­ры, в ко­то­ром дей­стви­тель­ность от­ра­жа­ет­ся путем пе­ре­да­чи глу­бо­ких, за­ду­шев­ных пе­ре­жи­ва­ний, мыс­лей и чувств ав­то­ра. В сти­хо­тво­ре­нии Ф. И. Тют­че­ва в раз­ду­мьях ли­ри­че­ско­го героя не­труд­но уга­дать пе­ре­жи­ва­ния са­мо­го поэта.

Ответ: род ли­ри­че­ско­го

Такое сред­ство на­зы­ва­ет­ся эпи­тет. Дадим опре­де­ле­ние.

Эпи­тет  — об­раз­ное опре­де­ле­ние.

Ответ: эпи­тет.

Срав­не­ние («как бы во сне»).

Ана­фо­ра («тут... тут; и то же... и та ж...)  — еди­но­на­ча­тие.

Ме­та­фо­ра  — скры­тое срав­не­ние: жизнь за­го­во­ри­ла вновь.

Ответ: 237.

1.  Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Ф. И. Тют­че­ва «Я встре­тил Вас...» на­хо­дит­ся под вла­стью позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Чув­ство за­хва­ти­ло ли­ри­че­ско­го героя це­ли­ком, без остат­ка, он под­чер­ки­ва­ет, что жизнь стала какой-⁠то не­ре­аль­ной: «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка. Имен­но лю­бовь на­пол­ня­ет смыс­лом, внут­рен­ним го­ре­ни­ем, за­став­ля­ет со­дро­гать­ся че­ло­ве­че­ское серд­це, спо­соб­ству­ет взле­ту че­ло­ве­че­ско­го ра­зу­ма и оду­хо­тво­рен­но­сти всего ми­ро­по­ряд­ка  — об этом и пишет Ф. И. Тют­чев.

2.  Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния «Я встре­тил Вас...» на­хо­дит­ся под вла­стью позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Так с по­мо­щью развёрну­той ме­та­фо­ры ав­то­ру удаётся пе­ре­дать пе­ре­жи­ва­ния героя. В пер­вой стро­фе сти­хо­тво­ре­ния это со­сто­я­ние подчёрки­ва­ют про­ти­во­по­став­лен­ные друг другу эпи­те­ты: «от­жив­шее серд­це»  — «зо­ло­тое время». Для того чтобы ак­цен­ти­ро­вать вни­ма­ние на силе ис­пы­ты­ва­е­мых ге­ро­ем пе­ре­жи­ва­ний, ав­то­ром ис­поль­зу­ют­ся мно­го­чис­лен­ные по­вто­ры. При­ме­ром этого может слу­жить по­след­няя стро­фа: в ней пред­став­ле­на ана­фо­ра (еди­но­на­ча­тие):

Чув­ство за­хва­ти­ло ли­ри­че­ско­го героя це­ли­ком, без остат­ка  — с по­мо­щью срав­не­ния «как во сне» он под­чер­ки­ва­ет, что жизнь стала какой-⁠то не­ре­аль­ной.

Не все­гда всё в любви можно вы­ска­зать сло­ва­ми  — в сти­хо­тво­ре­нии не­до­го­ворённость пе­ре­да­на мно­го­то­чи­ем в тре­тьей, четвёртой, пятой стро­фах  — поэт слов­но по­гру­жа­ет­ся в свои мысли, предо­став­ляя воз­мож­ность и чи­та­те­лю вспом­нить и за­ду­мать­ся о своих чув­ствах.

Таким об­ра­зом, ис­поль­зуя раз­лич­ные по­э­ти­че­ские сред­ства, Тют­че­ву удаётся пе­ре­дать силу чувств, охва­тив­ших ли­ри­че­ско­го героя.

Мотив ушед­шей любви зву­чит в сти­хо­тво­ре­нии Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Тют­че­ва «Я встре­тил Вас...». Ли­ри­че­ский герой на­хо­дит­ся во вла­сти позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Оно за­хва­ти­ло героя це­ли­ком, без остат­ка  — жизнь стала «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва  — самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка:

По­доб­ную трак­тов­ку темы на­хо­дим и в твор­че­стве Н. А. Не­кра­со­ва. Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Не­кра­со­ва «О пись­ма жен­щи­ны, нам милой!» ис­пы­ты­ва­ет про­ти­во­ре­чи­вые чув­ства. Он не ре­ша­ет­ся сжечь пись­ма, по­лу­чен­ные от обо­жа­е­мой жен­щи­ны, при этом по­ни­мая, «что прав­ды в них и проку мало». Од­на­ко по­сла­ния яв­ля­ют­ся сим­во­лом пре­крас­но­го про­шло­го, вы­сту­па­ют в роли «по­блек­ших цве­тов с мо­ги­лы по­гиб­шей юно­сти». Лю­бовь пре­крас­на, хоть от неё и оста­лись лишь вос­по­ми­на­ния.

Имен­но лю­бовь на­пол­ня­ет смыс­лом, внут­рен­ним го­ре­ни­ем, за­став­ля­ет со­дро­гать­ся че­ло­ве­че­ское серд­це, спо­соб­ству­ет взле­ту ра­зу­ма и опу­сто­ше­нию после раз­лу­ки  — об этом пи­са­ли Тют­чев и Не­кра­сов.

Дан­ное сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «ямб». Дадим опре­де­ле­ние.

Ямб  — это дву­слож­ный раз­мер, в ко­то­ром уда­ре­ние па­да­ет на 2-ой слог.

Ответ: ямб.

Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния «Я встре­тил Вас…» на­хо­дит­ся под вла­стью позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Так с по­мо­щью развёрну­той ме­та­фо­ры ав­то­ру удаётся пе­ре­дать пе­ре­жи­ва­ния героя. В пер­вой стро­фе сти­хо­тво­ре­ния это со­сто­я­ние подчёрки­ва­ют про­ти­во­по­став­лен­ные друг другу эпи­те­ты: «от­жив­шее» серд­це - «зо­ло­тое» время. Для того чтобы ак­цен­ти­ро­вать вни­ма­ние на силе ис­пы­ты­ва­е­мых ге­ро­ем пе­ре­жи­ва­ний, ав­то­ром ис­поль­зу­ют­ся мно­го­чис­лен­ные по­вто­ры. При­ме­ром этого может слу­жить по­след­няя стро­фа: в ней пред­став­ле­на ана­фо­ра (еди­но­на­ча­тие):

Тут не одно вос­по­ми­на­нье,

Тут жизнь за­го­во­ри­ла вновь,  —

И то же в вас оча­ро­ва­нье,

И та ж в душе моей лю­бовь!..

Чув­ство за­хва­ти­ло ли­ри­че­ско­го героя це­ли­ком, без остат­ка – с по­мо­щью срав­не­ния «как во сне» он под­чер­ки­ва­ет, что жизнь стала какой-то не­ре­аль­ной.

Не все­гда всё в любви можно вы­ска­зать сло­ва­ми - в сти­хо­тво­ре­нии не­до­го­ворённость пе­ре­да­на мно­го­то­чи­ем в тре­тьей, четвёртой, пятой стро­фах – поэт слов­но по­гру­жа­ет­ся в свои мысли, предо­став­ляя воз­мож­ность и чи­та­те­лю вспом­нить и за­ду­мать­ся о своих чув­ствах.

Таким об­ра­зом, ис­поль­зуя раз­лич­ные по­э­ти­че­ские сред­ства, Тют­че­ву удаётся пе­ре­дать силу чувств, охва­тив­ших ли­ри­че­ско­го героя.

Ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния Ф. И. Тют­че­ва «Я встре­тил Вас…» на­хо­дит­ся под вла­стью позд­ней любви. Он уже не молод, по­это­му на­хлы­нув­шее чув­ство срав­ни­ва­ет с ду­но­ве­ни­ем весны «позд­ней осе­нью». Чув­ство за­хва­ти­ло ли­ри­че­ско­го героя це­ли­ком, без остат­ка, он под­чер­ки­ва­ет, что жизнь стала какой-то не­ре­аль­ной: «как во сне». Лю­бовь в по­ни­ма­нии Тют­че­ва – самое боль­шое по­тря­се­ние в жизни че­ло­ве­ка.

По­доб­ные чув­ства ис­пы­ты­ва­ет ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ния А. Тол­сто­го «Средь шум­но­го бала, слу­чай­но…» В нём поэт по­пы­тал­ся пе­ре­дать впе­чат­ле­ния от пер­вой встре­чи с той, ко­то­рой впо­след­ствии суж­де­но будет стать его су­пру­гой. Не­зна­ком­ка была выше свет­ской суеты и дер­жа­лась обособ­лен­но, при этом на ее лице лежал некий от­пе­ча­ток тайны. «Лишь очи пе­чаль­но гля­де­ли, а голос так дивно зву­чал»,  — от­ме­ча­ет поэт. В мо­мент со­зда­ния сти­хо­тво­ре­ния «Средь шум­но­го бала, слу­чай­но…» он иде­а­ли­зи­ру­ет свою из­бран­ни­цу, от­ме­чая, что она гре­зит­ся ему и во сне, и наяву.

По­сле­до­ва­те­лем Тют­че­ва в рас­кры­тии темы любви можно счи­тать и Блока. В сти­хо­тво­ре­нии «О по­дви­гах, о доб­ле­стях, о славе…» поэт про­по­ве­ду­ет: лю­бовь воз­вы­ша­ет че­ло­ве­ка над обы­ден­но­стью, лю­бовь - все­по­гло­ща­ю­щая тайна, она может да­вать силы, может ли­шать их. Когда при­хо­дит мо­мент раз­лу­ки, на­сту­па­ет опу­сто­ше­ние. По­ра­жа­ет от­но­ше­ние ли­ри­че­ско­го героя к воз­люб­лен­ной: он почти обо­жеств­ля­ет ее («…ты не огля­ну­лась», «…ты не сни­зо­шла»). Обо­жеств­ле­ние можно от­ме­тить и в такой де­та­ли, как при­зрач­ность, почти не су­ще­ство­ва­ние воз­люб­лен­ной. Герой, не­смот­ря на рас­ста­ва­ние, на­зы­ва­ет свою воз­люб­лен­ную «милой», «неж­ной», что го­во­рит о его спо­соб­но­сти лю­бить жерт­вен­но, пол­но­кров­но.

Имен­но лю­бовь на­пол­ня­ет смыс­лом, внут­рен­ним го­ре­ни­ем, за­став­ля­ет со­дро­гать­ся че­ло­ве­че­ское серд­це, спо­соб­ству­ет взле­ту че­ло­ве­че­ско­го ра­зу­ма и оду­хо­тво­рен­но­сти всего ми­ро­по­ряд­ка – об этом пи­са­ли Тют­чев, Тол­стой, Блок.

Опи­сан­ная А. Фетом сцена сви­да­ния ове­я­на тай­ной и ро­ко­вой не­опре­делённо­стью. Ис­поль­зу­е­мые по­этом ме­та­фо­ры: «луной был полон сад», «стру­ны в нем дро­жа­ли»  — со­зда­ют под­текст разыг­ры­ва­ю­щей­ся драмы: что-⁠то слу­чи­лось или слу­чит­ся. В тре­тьей стро­фе сти­хо­тво­ре­ния создаётся ощу­ще­ние быст­рой сме­ня­е­мо­сти со­бы­тий из-⁠за того, что каж­дая её стро­ка на­чи­на­ет­ся оди­на­ко­во  — поэт ис­поль­зу­ет ана­фо­ру.

Ответ: ме­та­фо­ры ана­фо­ру.

Такой прием на­зы­ва­ет­ся по­втор, а точ­нее это один из видов по­вто­ра  — эпи­фо­ра. Также можно на­звать такой приём ре­фре­ном. Дадим опре­де­ле­ния.

По­втор  — это сти­ли­сти­че­ская фи­гу­ра, за­клю­ча­ю­ща­я­ся в на­ме­рен­ном по­вто­ре­нии в обо­зри­мом участ­ке тек­ста од­но­го и того же слова либо ре­че­вой кон­струк­ции. Эпи́фора (от др.-⁠греч. ἐπιφορά  — при­не­се­ние, при­бав­ле­ние)  — ри­то­ри­че­ская фи­гу­ра, за­клю­ча­ю­ща­я­ся в по­вто­ре­нии одних и тех же слов в конце смеж­ных от­рез­ков речи. В по­э­зии ре­фре­ном может яв­лять­ся стро­ка или не­сколь­ко строк, встав­лен­ных между стро­фа­ми.

Ответ: по­втор, или эпи­фо­ра, или ре­френ.

Ана­фо­ра  — сти­ли­сти­че­ская фи­гу­ра, со­сто­я­щая в по­вто­ре­нии сход­ных зву­ков, слова или груп­пы слов в на­ча­ле каж­до­го па­рал­лель­но­го ряда, то есть в по­вто­ре­нии на­чаль­ных ча­стей двух и более от­но­си­тель­но са­мо­сто­я­тель­ных от­рез­ков речи (по­лу­сти­ший, сти­хов, строф или про­за­и­че­ских от­рыв­ков).

Эпи­тет  — опре­де­ле­ние при слове, вли­я­ю­щее на его вы­ра­зи­тель­ность. Вы­ра­жа­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но име­нем при­ла­га­тель­ным, но также на­ре­чи­ем («го­ря­чо лю­бить»), име­нем су­ще­стви­тель­ным («ве­се­лья шум»), чис­ли­тель­ным (вто­рая жизнь).

Зву­ко­пись  — при­ме­не­ние раз­но­об­раз­ных фо­не­ти­че­ских приёмов для уси­ле­ния зву­ко­вой вы­ра­зи­тель­но­сти речи.

Ин­вер­сия  — не­обыч­ный по­ря­док слов в пред­ло­же­нии: И много лет про­шло, то­ми­тель­ных и скуч­ных...

Ответ: 2457.

1.  Лю­бов­ная ли­ри­ка Фета  — самая от­кро­вен­ная стра­ни­ца его по­э­зии. Серд­це поэта от­кры­то, он не щадит его, и этот дра­ма­тизм его сти­хов очень над­рыв­ный, гне­ту­щий, не­смот­ря на то что, как пра­ви­ло, кон­ча­ют­ся они свет­ло, ма­жор­но.

В сти­хо­тво­ре­нии «Сияла ночь. Луной был полон сад...» встре­ча воз­люб­лен­ной с ли­ри­че­ским ге­ро­ем по­тря­са­ет но­та­ми тра­гиз­ма, но, тем не менее, эта встре­ча, голос лю­би­мой все­ля­ют на­деж­ду, же­ла­ние жить:

2.  В сти­хо­тво­ре­нии «Сияла ночь. Луной был полон сад...» встре­ча ли­ри­че­ско­го героя с воз­люб­лен­ной по­тря­са­ет но­та­ми тра­гиз­ма. Опи­сан­ная сцена сви­да­ния ове­я­на тай­ной, не­опре­делённо­стью.

Ис­поль­зу­е­мые по­этом ме­та­фо­ры: «луной был полон сад», «стру­ны в нем дро­жа­ли»  — со­зда­ют под­текст разыг­ры­ва­ю­щей­ся драмы: что-⁠то слу­чи­лось или слу­чит­ся. Мно­го­чис­лен­ные эпи­те­ты: «ры­да­ю­щие звуки», «жгу­чая мука»  — пе­ре­да­ют со­сто­я­ние ли­ри­че­ско­го героя, ко­то­рый весь по­глощён стра­да­ни­ем.

Ана­фо­ра в тре­тьей стро­фе сти­хо­тво­ре­ние создаёт ощу­ще­ние быст­рой сме­ня­е­мо­сти со­бы­тий, ко­то­рые не за­тме­ва­ют, од­на­ко ж, былых вос­по­ми­на­ний, а, на­о­бо­рот, уси­ли­ва­ют их:

По­вто­ром стоки «Тебя лю­бить, об­нять и пла­кать над тобой!» во вто­рой и четвёртой стро­фах автор подчёрки­ва­ет, что для ли­ри­че­ско­го героя не­смот­ря на стра­да­ния, весь смысл жизни за­ключён в любви, какой бы труд­ной она ни была. Мы убе­ди­лись, что по­э­ти­че­ские сред­ства по­мо­га­ют со­здать эмо­ци­о­наль­ный на­строй сти­хо­тво­ре­ния.

Одной из глав­ных тем по­э­зии Афа­на­сия Афа­на­сье­ви­ча Фета была тема оду­хо­тво­рен­ной, веч­ной и да­ле­кой от быта и зем­ной жизни любви. В сти­хо­тво­ре­нии «Сияла ночь, луной был полон сад...» встре­ча ли­ри­че­ско­го героя с воз­люб­лен­ной дра­ма­тич­на. Он вспо­ми­на­ет былые стра­да­ния, свое из­не­мо­же­ние от чувств и мно­го­лет­нюю раз­лу­ку:

Од­на­ко встре­ча снова со­сто­я­лась, она все­ля­ет в героя на­деж­ду на бу­ду­щее сча­стье.

По­доб­ное зву­ча­ние темы ха­рак­тер­но и для сти­хо­тво­ре­ния Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я вас любил». Ли­ри­че­ский герой пе­ре­жи­вал рас­ста­ва­ние с воз­люб­лен­ной, и чув­ства его про­ти­во­ре­чи­вы:

Пус­кай всё в про­шлом, но лю­бовь « угас­ла не со­всем». В то же время герой по­ко­рен своим чув­ствам и готов ради лю­би­мой отой­ти в сто­ро­ну. Он ис­крен­не же­ла­ет ей сча­стья, пус­кай даже с дру­гим:

Таким об­ра­зом, для обоих при­ведённых сти­хо­тво­ре­ний ха­рак­тер­на мысль о том, что лю­бовь  — силь­ное, все­по­гло­ща­ю­щее чув­ство, она мно­го­ли­ка, но всё равно пре­крас­на.

Дан­ное сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «ямб». Дадим опре­де­ле­ние.

Ямб  — это дву­слож­ный раз­мер, в ко­то­ром уда­ре­ние па­да­ет на 2-ой слог.

Ответ: ямб.

В сти­хо­тво­ре­нии «Сияла ночь. Луной был полон сад…» встре­ча ли­ри­че­ско­го героя с воз­люб­лен­ной по­тря­са­ет но­та­ми тра­гиз­ма. Опи­сан­ная сцена сви­да­ния ове­я­на тай­ной, не­опре­делённо­стью.

Ис­поль­зу­е­мые по­этом ме­та­фо­ры: «луной был полон сад», «стру­ны в нем дро­жа­ли» - со­зда­ют под­текст разыг­ры­ва­ю­щей­ся драмы: что-то слу­чи­лось или слу­чит­ся. Мно­го­чис­лен­ные эпи­те­ты: «ры­да­ю­щие звуки», «жгу­чая мука» - пе­ре­да­ют со­сто­я­ние ли­ри­че­ско­го героя, ко­то­рый весь по­глощён стра­да­ни­ем.

Ана­фо­ра в тре­тьей стро­фе сти­хо­тво­ре­ние создаёт ощу­ще­ние быст­рой сме­ня­е­мо­сти со­бы­тий, ко­то­рые не за­тме­ва­ют, од­на­ко ж, былых вос­по­ми­на­ний, а на­о­бо­рот уси­ли­ва­ют их:

И много лет про­шло, то­ми­тель­ных и скуч­ных,

И вот в тиши ноч­ной твой голос слышу вновь,

И веет, как тогда, во вздо­хах этих звуч­ных,

Что ты одна  — вся жизнь, что ты одна  — лю­бовь.

По­вто­ром стоки «Тебя лю­бить, об­нять и пла­кать над тобой!» во вто­рой и четвёртой стро­фах автор подчёрки­ва­ет, что для ли­ри­че­ско­го героя не­смот­ря на стра­да­ния, весь смысл жизни за­ключён в любви, какой бы труд­ной она ни была. Мы убе­ди­лись, что по­э­ти­че­ские сред­ства по­мо­га­ют со­здать эмо­ци­о­наль­ный на­строй сти­хо­тво­ре­ния.

Одной из глав­ных тем по­э­зии Афа­на­сия Афа­на­сье­ви­ча Фета была тема оду­хо­тво­рен­ной, веч­ной и да­ле­кой от быта и зем­ной жизни любви. В сти­хо­тво­ре­нии «Сияла ночь, луной был полон сад...» встре­ча ли­ри­че­ско­го героя с воз­люб­лен­ной дра­ма­тич­на. Он вспо­ми­на­ет былые стра­да­ния, свое из­не­мо­же­ние от чувств и мно­го­лет­нюю раз­лу­ку:

Рояль был весь рас­крыт, и стру­ны в нем дро­жа­ли,

Как и серд­ца у нас за пес­нею твоей.

Ты пела до зари, в сле­зах из­не­мо­гая,

<…>

И много лет про­шло, то­ми­тель­ных и скуч­ных.

Од­на­ко встре­ча снова со­сто­я­лась, она все­ля­ет в героя на­деж­ду на бу­ду­щее сча­стье.

По­доб­ное зву­ча­ние темы ха­рак­тер­но и для сти­хо­тво­ре­ния Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я вас любил». Ли­ри­че­ский герой пе­ре­жи­вал рас­ста­ва­ние с воз­люб­лен­ной, и чув­ства его про­ти­во­ре­чи­вы:

Я вас любил без­молв­но, без­на­деж­но,

То ро­бо­стью, то рев­но­стью томим.

Пус­кай всё в про­шлом, но лю­бовь « угас­ла не со­всем». В то же время герой по­ко­рен своим чув­ствам и готов ради лю­би­мой отой­ти в сто­ро­ну. Он ис­крен­не же­ла­ет ей сча­стья, пус­кай даже с дру­гим:

Я вас любил так ис­крен­но, так нежно,

Как дай вам Бог лю­би­мой быть дру­гим.

Таким об­ра­зом, для обоих при­ведённых сти­хо­тво­ре­ний ха­рак­тер­на мысль о том, что лю­бовь  — силь­ное, все­по­гло­ща­ю­щее чув­ство, она мно­го­ли­ка, но всё равно пре­крас­на.

В ли­те­ра­ту­ро­ве­де­нии че­ло­ве­ка, от лица ко­то­ро­го ве­дет­ся по­вест­во­ва­ние в сти­хо­тво­ре­нии, чьи мысли и чув­ства пе­ре­да­ют­ся, на­зы­ва­ют ли­ри­че­ским ге­ро­ем. Сти­хо­тво­ре­ние А. А. Фета по те­ма­ти­ке может быть от­не­се­но лю­бов­ной ли­ри­ке.

Ответ: ге­ро­ем­ли­ри­ке.

Та­ко­го героя обо­зна­ча­ют тер­ми­ном «ли­ри­че­ский герой». Дадим опре­де­ле­ние. Ли­ри­че­ский герой  — это ху­до­же­ствен­ный «двой­ник» поэта, спо­соб­ству­ю­щий рас­кры­тию в ли­ри­ке ав­тор­ско­го со­зна­ния, чув­ства. Ли­ри­че­ский герой не во всем тож­де­стве­нен лич­но­сти ре­аль­но­го че­ло­ве­ка, яв­ля­ю­ще­го­ся ав­то­ром сти­хо­тво­ре­ния, поэмы или цикла сти­хо­тво­ре­ний. Вме­сте с тем этому со­здан­но­му «Я» при­су­ща осо­бая ис­крен­ность ли­ри­че­ских пе­ре­жи­ва­ний; ис­по­ведь в дан­ном слу­чае пре­об­ла­да­ет над вы­мыс­лом.

Ответ: ли­ри­че­ский герой.

Оли­це­тво­ре­ние  — на­де­ле­ние не­жи­вых пред­ме­тов при­зна­ка­ми жи­во­го су­ще­ства: «цветы спят».

Зву­ко­пись  — это при­ме­не­ние раз­но­об­раз­ных фо­не­ти­че­ских приёмов для уси­ле­ния зву­ко­вой вы­ра­зи­тель­но­сти речи: упо­треб­ле­ние, на­при­мер, зву­ков Ц, Ч, Ш по­мо­га­ет пе­ре­дать ат­мо­сфе­ру ноч­ной ти­ши­ны.

Ме­та­фо­ра  — это слово или вы­ра­же­ние, упо­треб­ля­е­мое в пе­ре­нос­ном зна­че­нии, в ос­но­ве ко­то­ро­го лежит не­на­зван­ное срав­не­ние пред­ме­та с каким-⁠либо дру­гим на ос­но­ва­нии их об­ще­го при­зна­ка: серд­це цветёт.

Ан­ти­те­за  — это про­ти­во­по­став­ле­ние слов, об­ра­зов, пер­со­на­жей, эле­мен­тов ком­по­зи­ции. Это вы­ра­зи­тель­ный ху­до­же­ствен­ный прием, поз­во­ля­ю­щий пи­са­те­лям пол­нее оха­рак­те­ри­зо­вать ге­ро­ев, вы­явить свое от­но­ше­ние к ним и к раз­лич­ным сто­ро­нам изоб­ра­жа­е­мо­го.

Ответ: 1234.

1.  Сти­хо­тво­ре­ние «Я тебе ни­че­го не скажу» по­свя­ще­но сразу двум жен­щи­нам: воз­люб­лен­ной поэта Марии Лазич, ко­то­рую Фет пре­дал, сде­лав своей из­бран­ни­цей со­сто­я­тель­ную Марию Бот­ки­ну, став­шую ему не толь­ко за­бот­ли-вой женой, но и вер­ной по­мощ­ни­цей. По­это­му в своей ли­ри­ке он слов­но бы пы­та­ет­ся ис­ку­пить вину перед по­гиб­шей воз­люб­лен­ной, вновь и вновь при­зна­ва­ясь ей в своих чув­ствах. Но при этом автор по­ни­ма­ет, что его за­кон­ной су­пру­ге со­всем не­обя­за­тель­но знать о том, что имен­но про­ис­хо­дит в его душе.

Ли­ри­че­ский герой стра­да­ет, его серд­це «цве­тет» лишь ночью, а грудь  — вме­сти­ли­ще души  — «боль­ная и уста­лая». Лишь еди­не­ние с при­ро­дой при­но­сит об­лег­че­ние:

И хотя лю­бовь при­зрач­на и эфе­мер­на, но имен­но она дает ав­то­ру ощу­ще­ние пол­но­ты жизни.

2.  Ана­фо­ра  — это сход­ное на­ча­ло смеж­ных фраз, строк в про­из­ве­де­нии. В сти­хо­тво­ре­нии А. А. Фета «Я тебе ни­че­го не скажу» можно вести речь об ана­фо­ре в пер­вой и тре­тьей стро­фах. В пер­вой стро­фе оди­на­ко­во на­чи­на­ют­ся стро­ки:

За­да­ча ана­фо­ры  — уси­лить эмо­ци­о­наль­ность про­из­ве­де­ния (пер­вая стро­фа), рас­ста­вить ак­цен­ты и объ­еди­нить зна­чи­мые мысли (тре­тья стро­фа).

Тема любви по­ка­за­на во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я вас любил». Его чув­ства не­од­но­знач­ны. В душе со­еди­ни­лись неж­ность, не­на­висть, страх, во­оду­шев­ле­ние:

Автор го­во­рит: «Лю­бовь еще, быть может, в душе моей угас­ла не со­всем». Герой по­ко­рен своим чув­ствам, не­смот­ря на их силу, и готов ради лю­би­мой отой­ти в сто­ро­ну. Он ис­крен­не же­ла­ет ей ра­до­сти, пус­кай даже не рядом с ним:

У Фета мы видим тот же дра­ма­тизм, то же внеш­нее спо­кой­ствие и од­но­вре­мен­но бурю в душе с самых пер­вых строк. Ли­ри­че­ские герои обоих ав­то­ров не видят на­деж­ды на счаст­ли­вое бу­ду­щее, но ис­крен­не же­ла­ют своим воз­люб­лен­ным сча­стья.

Дан­ное сти­хо­тво­ре­ние на­пи­са­но раз­ме­ром «ана­пест».

Ана­пест  — это трех­слож­ный раз­мер стиха, в ко­то­ром уда­ре­ние в стопе па­да­ет на 3-ий слог.

Ответ: ана­пест.

Сти­хо­тво­ре­ние «Я тебе ни­че­го не скажу» по­свя­ще­но сразу двум жен-щинам: воз­люб­лен­ной поэта Марии Лазич, ко­то­рую Фет пре­дал, сде­лав своей из­бран­ни­цей со­сто­я­тель­ную Марию Бот­ки­ну, став­шую ему не толь­ко за­бот­ли­вой женой, но и вер­ной по­мощ­ни­цей. По­это­му в своей ли­ри­ке он слов­но бы пы­та­ет­ся ис­ку­пить вину перед по­гиб­шей воз­люб­лен­ной, вновь и вновь при­зна­ва­ясь ей в своих чув­ствах. Но при этом автор по­ни­ма­ет, что его за­кон­ной су­пру­ге со­всем не­обя­за­тель­но знать о том, что имен­но про­ис­хо­дит в его душе.

Ли­ри­че­ский герой стра­да­ет, его серд­це «цве­тет» лишь ночью, а грудь – вме­сти­ли­ще души – «боль­ная и уста­лая». Лишь еди­не­ние с при­ро­дой при­но­сит об­лег­че­ние:

Целый день спят ноч­ные цветы,

Но лишь солн­це за рощу зай­дет,

Рас­кры­ва­ют­ся тихо листы,

И я слышу, как серд­це цве­тет.

И хотя лю­бовь при­зрач­на и эфе­мер­на, но имен­но она дает ав­то­ру ощу­ще­ние пол­но­ты жизни.

Тема любви по­ка­за­на во мно­гих про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры. На­при­мер, в сти­хо­тво­ре­нии Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Пуш­ки­на «Я вас любил». Его чув­ства не­од­но­знач­ны. В душе со­еди­ни­лись неж­ность, не­на­висть, страх, во­оду­шев­ле­ние:

Я вас любил без­молв­но, без­на­деж­но,

То ро­бо­стью, то рев­но­стью томим.

Автор го­во­рит: «лю­бовь еще, быть может, в душе моей угас­ла не со­всем». Герой по­ко­рен своим чув­ствам, не­смот­ря на их силу, и готов ради лю­би­мой отой­ти в сто­ро­ну. Он ис­крен­не же­ла­ет ей ра­до­сти, пус­кай даже не рядом с ним:

Я вас любил так ис­крен­но, так нежно,

Как дай вам Бог лю­би­мой быть дру­гим.

У Фета мы видим тот же дра­ма­тизм, то же внеш­нее спо­кой­ствие и од­но­вре­мен­но бурю в душе с самых пер­вых строк. Ли­ри­че­ские герои обоих ав­то­ров не видят на­деж­ды на счаст­ли­вое бу­ду­щее, но ис­крен­не же­ла­ют своим воз­люб­лен­ным сча­стья.